Возвышение Сокола. Ратник 1

Покосившись на Клёста, покачал головой: — Не обманываю. Если ты мне не веришь — спроси у моих товарищей, а то и у самого волкудлака. Хозяин лесной – его Нестер зовут, дал мне какую-то косу сплетённую из трав. Эта коса, похоже, волшебная. Она и помогла Жужеля спеленать. Ещё Неждан помог – он оборотня по башке топором ударил, правда плашмя.

— Так получается, что Неждан наш тоже не так прост, — хмыкнул в усы воевода.

— Неждан и сына воеводы помогал пленить, — решив заслуженно похвалить товарища сказал Ярослав.

— Неждан – парень тихий, но когда Первак нашего друга мечом рубанул, он словно с привязи сорвался. Парень достойный, а за друзей возьмет, да и порвет на британский флаг.

— На что порвёт? — не понял воевода. — На какой-такой флаг, да еще британский?

— Да тряпки такие, которые у нас на жердь вешают, чтобы ворон пугать, — нашёлся Ярослав. — Тряпки на ветру колышутся, птицы таких боятся – думают, что живые.

Клёст, слушая парня, кивал, а потом решительно стукнул ладонью о стол:

— Ладно убедил ты меня, на службу к себе возьму.

Расклады наши знаешь?

— Кое-что слышал, но я не уверен насколько это близко к истине, — осторожно ответил Ярослав.

— А вот к истине, парень, что близко, а что далеко – нынче никто не знает. — усмехнулся воевода. — Но кое-что я скажу, чтобы ты прямо сейчас знал, и понимал. Да и не тайна эта, коли ты нынче дружинник. Война у нас намечается. Причём не с дальними соседями, которые Бранское княжество завоевывать приходили, а с близкими соседями.

С такими же воеводами, как и я. Понимаешь, почему война будет?

На такие вопросы Ярослав знал ответы еще в школе. Зачем нужны централизованные государства? И он смело ответил:

— Вероятно, потому что Бранское княжество должно одним целым стать, чтобы один хозяин был, чтобы раздробленные дружины воевод в большую дружину могли объединиться, если враг нападет. Да и простому народу так, наверное, жить легче, если над ним только один правитель, а не восемь.

— Вот-вот, правильно ты мыслишь, — одобрительно кивнул воевода.

— Восемь нас, правителей, а решить – кто главнее, никто не может.

— Главным, как я понимаю, станет тот, кто Бранск займет, да князем себя объявит? — произнёс Соколов, вспоминая, как в Древней Руси удельные князья стремились занять столицу. Столица – это не просто город, а символ власти.

Воевода, посмотрев на собеседника, кивнул и сказал:

— Так никто не решается силой взять или как иначе — хитростью, например, Бранск занять.