Возвышение Сокола. Ратник 1

Либо дикие старообрядцы, либо…

— Слышь, земляк, а ты вообще кто? — спросил Соколов, присев на корточки недалеко от мужичка, что пытался взять себя в руки. Парень старался говорить как можно спокойнее.

— Кто? Я? — непонимающе спросил мужик, замерев на месте изображая опоссума. В его голове происходили какие-то мыслительные процессы и Ярослав решил не мешать, даже несмотря на тупые вопросы. Тем временем, мужчина продолжил изображать недееспособность. — Так кого ты спрашиваешь?

— Тебя спрашиваю, — устало пояснил Ярослав.

— Друзья твои в отключке, а других собеседников я поблизости не вижу.

— А земляк – это кто? — задал новый вопрос неудачливый разбойник.

Ярослав мысленно вздохнул.

Он размышлял взвешивая за и против. У него был очень непростой день, но и спугнуть этого молодчика нельзя. Всё же Ярославу нужна помощь…

Вот тип! — думал он. — Мало того, что вырядился, как Иванушка из сказки, так еще и слов человеческих не понимает. Или он делает вид, что не понимает? Под дурака косит или так в образ вошел? Леща бы этому Ивану прописать, чтобы не симулировал амнезию.

Нет, с рыбой в русской сказке Емеля был. И у него не лещ, а щука в друзьях была. Хотя, может, он и не придуривается? Если разобраться, то какой он земляк?

Усилием воли взяв себя в руки, Ярослав пояснил:

— Земляк, потому что мы с тобой на одной земле живем, верно?

— Ага, — кивнул мужик. — А на земле-то мы на одной, только я тебя все равно не знаю.

Чужак ты.

— Тогда можно и познакомиться, — кивнул парень. Решив, что раз незнакомец его старше лет на двадцать, то нужно проявить хоть какую-то вежливость, (даже несмотря на то что между ними произошло), и обращаясь к нему на вы, спросил: — Вот вас, например, как зовут?

— Нас? — переспросил мужик. Пожав плечами, сказал: — Меня, например, Вторак зовут. А вон те, которых ты убил, их Неждан и Зозуля.

— Значит, вас Втораком зовут, — констатировал Ярослав.

— Почему нас? Меня Втораком звать, а их по другому.

— Так я понял, как их зовут. Я говорю, что лично вас зовут Втораком, а ваших товарищей — одного Неждан, а второго Зозуля, — смиренно сказал Ярослав, понимая, что человек в странной одежде и еще более странной обуви так прочно вошел в историческую реконструкцию, что по-нормальному разговаривать не может. И, кажется, раньше было не принято обращаться на вы. Да, точно.