ДОМ

Рядом с вагоном лежал Влад Макаров с ножем в шее. Его рот был приоткрыт. Глаза просто смотрели вперед.

Я уронил рацию и упав на колени, опустил лицо в ладони.

Рация упала в грязь и начала шипеть.

"пппппппппппппппппшшшшшшшш Храни свои секреты сынок...

....ты и есть хранитель своей Родины............пппшппшпшпшпшпппппппппппппппппппп

пппппппшпшпшпшпшпшпшпшппшпшпшпшпшп.

Глава 3. Проводник

Птицы. Птицы все видят. Птицы летят высоко и все видят. Солнце освещает черную землю. Освещает желтую траву и старые ветки кустов.

Бросает тень с черных деревьев, покрывая все вокруг мраком. Вода колышет пожухлые листья на своих волнах. Глубокое озеро стоит в штиле. Не одного звука. Маленький человек. Он лежит. Он просто смотрит в небо. Его лицо не выражает эмоций. Черные глаза просто следят за птицами. Солнце освещает его потрепанные черты лица, мешки под глазами. Его мысли пустые и безмятежно проплывают в голове как облака. Он не спал уже целую вечность. Потому что он забыл, что такое сон.

Я лежал на берегу черного озера, раскинув руки в разные стороны.

Мое лицо покрыло слоем пыли. Губы потрескались от обезвоживания. Я спокойно вдыхал и спокойно выдыхал. Я ждал чего-то, но сам не знал чего. Белые облака медленно проплывали на фоне голубого неба. Кое- где пролетала маленькая птичка, делая маленький круг, снова исчезала с поля зрения. Кромки деревьев не попадали в мое поле зрения. Они колыхались где-то сзади, создавая небольшой шум.

- "Где я? Кто я? Что со мной?"- я задавал себе вопросы, на которые не знал ответа в надежде, что ответы сами появятся в моей голове.

Но они не появлялись. Я смотрел в одну точку, медленно вдыхая и выдыхая воздух. Запахи осени с каждым днем становились все отчетливее. Запахи мокрой листвы, мокрой коры деревьев возбуждали в памяти настоящую ностальгию. Я закрыл глаза. В темноте я чувствовал себя лучше.

Я поднимался по лестнице вверх. Старый подъезд с обшарпанными стенами и порисованными дверями. Окурки и помятые пачки сигарет были разбросаны под моими ногами то там, то здесь вперемешку с агитационными бумажками.

Положив руку на старые, деревянные перила я поднимался вверх. Со стен кусками отрывалась старая советская краска, падая и разбиваясь в крошки, превращалась в пыль. Я поднял взгляд вверх и увидел, как яркий свет пробивается между ржавых перил. Он манит меня. Я чувствую как ощущение, что мне нужно туда поглощает мое нутро. Я посмотрел в щель между этажами и увидел, как тысячи лестничных пролетов уходят вниз.