Путь Мага: Выбор, Честь, Любовь

Несколько раз туда обратно бегал артанийский гонец, стороны о чем-то договаривались, и я, наблюдая за Хаугом, понял, что он пытается оттянуть это сражение хотя бы до утра, и вообще не хочет лезть на рожон. Было заметно, как он нервно ходит из стороны в сторону, как сжимается его ладонь на рукояти меча.

Вновь артанийский рог прозвучал лишь к рассвету. Битва началась. Наши командиры повели войска по флангам в разные стороны, сразу обозначив попытку окружить более крупное артанийское воинство.

Под ногами хрустел снег, дышалось легко. Сила… она спала во мне, но я помнил Дром, и то, что довольно быстро устал от резких прыжков. Поэтому я задал выжидательную позицию – просто бежал со всеми в строю, под залпы пушки и окрики капитана Сорга.

Я учуял... магия, сверху. Я посмотрел наверх, и многие воины рядом со мной тоже увидели. Мерцающие птицы огромной стаей метались над нами. Мгновение, и они обратились в ледяные копья, готовые поразить лассонесских воинов.

Конечно, в городе находился колдун, способный творить многое. Учитель говорил, что подобные вещи делают лишь очень самонадеянные маги, - эффект, конечно, потрясающий, но отвести подобное проклятие технически не сложно.

В тот момент, когда его волшебство обратилось пеплом, все те барьеры, которые я возвел, чтобы никто не обнаружил во мне колдуна, пали. Искаженное от ужаса и восхищения лицо Толерса Гессона на мгновение отвлекло меня, и это позволило противнику продолжить свою атаку.

Я знал, что прежде, чем войска сойдутся в страшной бойне, для меня пройдет целая вечность в борьбе иными средствами.

Я ни на мгновение не позволил себе забыть ни один из уроков моего учителя, и, поочередно отбив с десяток колдовских выпадов, перешел в контрнаступление. Я помнил, что магия не бывает плоской, потому сразу сплел два заклятья – создал пылающую комету и отправил перед собой, и сразу же за ней магический поток, чтобы прощупать силы вражеского колдуна, и забрать их себе, если появится такая возможность.

Комета обратилась в пылающего ящера, что безмолвно ринулся на наши войска, а попытка выведать ресурсы врага неудалась. Я, памятуя о своей стихии, поднял из снега водяного дракона и заставил его сцепиться с вражеским. Войска, до этого безмолвно наступающие, остановились, в ужасе наблюдая за этим зрелищем. Я сразу отправил град стрел в сторону противника, и заглянул за грань.