Восхождение Примарха - 5

— Это ещё почему? — удивился Магнус, причём, настолько искренне, что первые несколько секунд я и сам не мог вспомнить ответ. — Я же вижу, ты совершенно определённо этого хочешь.

— Хочу, — кивнул я, показывая, что он всё правильно видит. — Только мне, образно говоря, тоже всю планету лилиями засадить надо.

— Это ещё зачем? — спросил меня маг, не скрывая удивления. — У тебя же аллергия.

— Я имею в виду, что у нас тоже война на носу. И пока я не буду уверен, что моей стране и друзьям ничего не угрожает, я никуда пойти не смогу, — я и сам удивился той решительности, что сквозила в моём голосе.

— Ах, ты об этом, — сказал он, наливая всем по новой. — Так нет ничего проще, мы будем тренироваться во временном кармане. Там пройдёт двести лет, а тут два дня.

— Двести лет? — переспросил я и только тут понял, что Магнус взялся за старое.

— Я ж не знаю, насколько ты бойко будешь постигать магические основы, — он пожал плечами. — Но готов потратить на тебя столько времени, сколько потребуется.

— Ты так щедр, — решил я его поддеть, но это было непросто.

— Нет, — он поднял рюмку, соприкасаясь с зеркалом, я же пропустил этот круг, игнорируя Штопора, который пищал: «И мне, и мне!» — Раньше я тебя собирался учить, как перспективного мага, который впоследствии сможет мне оказать какую-нибудь услугу. А теперь я точно знаю, что ты можешь меня познакомить с магией аэрахов. Мне же нужно с ними как-то бороться.

— Только давай сначала узнаем, что они хотят, хорошо? — попросил я, потому что в какой-то момент, решил, что надо, во чтобы то ни стало, узнать, чего же там на самом деле хотят мои аэрахи.

— Да без проблем, — ответил Магнус. — А пока вопрос на засыпку: вы Архосу тело делать будете? А то я как ни приду, он всё в зеркале сидит.

Я не стал напоминать, что на этот раз он его сам туда засадил.

— Я только за, — ответил я, глядя на щегольски одетого Архоса. — Он заслужил.

— Есть два варианта, — сказал на это Магнус. — Один быстрый, но затратный в плане ресурсов.

Второй долгий. Ты, мой друг, — он кивнул Архосу, — будешь материализовываться постепенно. Сначала, как едва видимый призрак, затем всё плотнее и плотнее. Это делается для того, чтобы реальность, так сказать, привыкла к тебе. Чтобы твой образ не вызывал у неё отторжения. Зато можно будет использовать тот облик, что есть у тебя сейчас, и не надо тырить свежего покойника с кладбища.

— Ты же шутишь? — спросил я Магнуса, переведя взгляд на него.