Боги, пиво и дурак. Том 8

Но через несколько секунд встретился взглядом с моим приятелем и усмехнулся.

— Нет, я не некромант. Но есть подозрения, что очень скоро мне не помешают его услуги. Ах да, простите, я ведь так и не представился. Меня зовут Станислав Бельский. Само собой, фамилия не настоящая — трудно, знаете ли, провести среди людей двести лет под одной фамилией, и при этом не привлечь излишнего внимания к своей персоне...

И тут мое терпение лопнуло.

От всех этих костюмов, канделябров, полупоклонов и хитровыдуманных фраз у меня уже давно все зудело.

— Зачем мы здесь?

Станислав Бельский с улыбкой поднял голову.

— Это очень хороший вопрос, молодой человек. В самом деле, зачем вы здесь? С какой целью прибыли в наш мир, и чего желаете?

— Наши цели — исключительно мирные и личные, никого из людей вашего мира они не касаются.

Улыбка старика растаяла.

— Вы очень ошибаетесь, юноша. Когда в мир, свободный от богов, кто-то приводит сразу двух бессмертных, это касается всех людей нашего мира.

— Зачем вы привезли нас в свой дом, и кто вы, черт побери, такой?

— А вы кто такой, что имеете дерзость, будучи смертным человеком, говорить за богов? — насмешливо спросил Бельский.

— А откуда вы знаете, что они — боги?

— От стражей, разумеется.

— А про стражей откуда вы знаете?

Старик вздохнул и повернулся к Деметре.

— Я полагаю, будет лучше, если ваш мальчик поужинает в уединении в комнате. Он слишком волнуется для того, чтобы присутствовать при нашем разговоре, — заявил он.

И в то же мгновение из дальнего угла в мою сторону скользнула большая черная тень.

Ах ты ж хитрый старый хрен. Так вот почему в этой столовой черные стены: чтобы не было видно находящихся в покое теней!

Только я тебе не мальчик, старик.

Я — ученик Сета, один из «Парящих Грифов», друг законного наследника королевства, жрец Нергала и ключ от врат. И я не позволю тебе на моем примере демонстрировать свое превосходство над теми, кто пришел сюда со мной.

Деметра за это мгновение успела только побледнеть.

А я, не сдерживая раздиравшую меня изнутри ярость и толком не соображая, что делаю, рванулся прямо к тени. Из моей груди, сияя всеми цветами радуги, вырвались три смертоносных щупальца.

Изумленный возглас сорвался с губ старика. И вместе с ним, почти хором, охнул от неожиданности и наш Барон.

Дворецкий метнулся к своему господину, закрывая его собой.