Небеса Умоются Кровью 2. Пробуждение Силы, Том II

Лесная сила наполняет руки, ускоряя сердце до предела. Навстречу вражескому выпаду я бросаю заряженный кулак. Уклоняюсь, точно гибкий росток на ветру. Мой кулак по дуге ввинчивается в чужой бок, выплёскивая Ки, а следом за ним из пола вырывается последний корень — толще и мощнее всех прочих. С громогласным хрустом он пробивает спину куклы, и моё колено дробит последнее средоточие в её голове.

Этого хватает, чтобы одолеть изувеченного громилу. Когда тот падает замертво, за моей спиной раздаются хлопки.

— Впечатляет! Растёшь не по дням, а по часам, — замечает Феррон, стоящий у постамента.

— Когда третье испытание? — иду к нему, прижимая ткань одежды к изрезанному животу.

— Совсем скоро, когда будешь готов, — улыбается он. — Однако не стоит забывать…

— …Торопиться нельзя, — продолжаю я. — И не собирался.

С этими словами покидаю площадку и спрашиваю уже на ходу:

— Сможешь выручить ещё разок? — обвожу рукой свои раны.

— Сколько же можно тебя лечить?! — хмурится Феррон. — Никаких запасов духовных ядер не хватит с такой безалаберностью! — ворчит призрак.

Не убирая руки, опускаю взгляд на свою рану. Кровь продолжает просачиваться сквозь пальцы и стекает по ним мелким струйками. Боевой раж спадает, и боль противной слабостью разливается по всему телу.

Дело здесь не только в ране, она пылает огнём, и это ни с чем не спутать. Сражение на пределе возможностей с постоянным поддержанием быстрого течения Ки во всём теле сильно нагружает мышцы. И вот теперь настаёт расплата. Сладостная боль, без которой невозможен рост.

Феррон раздражённо сводит тонкие брови, но подходит ближе и проводит целительной волной над раной.

— Завтра возьмёшь новую одежду, — бросает он, отстраняясь.

— Благодарю.

На месте зажившей раны остаётся ещё один рубец.

— Кстати, не ожидал увидеть тебя в облике человека. Ты же говорил, что его сложно поддерживать. Уже успел разобраться с проблемой?

Лица Феррона не выдаёт никаких эмоций.

— Работа над восстановлением формации уже идёт, но это не твое дело.

— Любой дуб когда-то был скромным жёлудем, — спокойно возражаю я, не давая эмоциям взять вверх.

Призрак качает головой, мол, ну-ну, и произносит:

— Скучно мне, а теперь я смогу больше времени находится в это облике.

— Отлично! Тогда пойдём на кухню — после таких тренировок аппетит зверский. Кто знает, когда ты съешь свой последний кусок хлеба?..