Небеса Умоются Кровью 2. Пробуждение Силы, Том II

Созданное посохом пламя скручивается тугими языками, образуя растущую сферу. Снаряд напоминает маленькое небесное светило. Оно разгорается всё ярче и буквально ослепляет.

Приходится выложиться по полной, но даже Лёгким Шагом не удаётся избежать ударной волны. Та подхватывает меня, швырнув вперёд. А в это время жар разливается в стороны вместе с огнём, прожигающим даже каменный пол.

Приземлившись на ноги, тут же начинаю сближение. Между бросками снарядов есть окно. В него и пытаюсь ввинтиться. Двигаться приходится на всей доступной мне скорости.

Лёгкий Шагом ухожу от дистанционных атак. Они слишком масштабны и требуют максимальной осторожности. От одних лишь ударных волн вся кожа уже красная, а одежда в нескольких местах начинает тлеть. Я гашу пожар в зародыше хлопками.

Ки прокатывается по телу от ядра с каждым ударом сердца. Время замедляется и сливается в одно бесконечное мгновение. От очередной атаки одновременно уклоняюсь и сокращаю расстояние до Феррона. Однако вместо создания огненной сферы он бьёт посохом.

Мимо.

Навершие не касается меня, но лапа на его конце раскрывается, и вихрь пламени взрывается на месте удара. Лёгкий Шаг не подводит. Я уже за спиной Феррона, мой кулак летит в его хребет, а ожившая статуя выступает щитом от собственной убийственной техники. Языки пламени лижут моё тело и поджигают одежду.

Мою атаку встречает деревянный посох, молниеносно закинутый за спину. И хоть я и вкладывал в удар всю силу, шест лишь вибрирует от моих усилий. Феррон чуть подаётся навстречу пламени, и посох тут же очерчивает вокруг него огненное кольцо.

Слишком близко к земле. Придётся прыгать. Я и не знал, что способен на подобное. Напитав ноги Ки, прыгаю на высоту своего роста. Лишь подошвы сапог подпалило, но приземление гасит эти последствия.

Следующий мой удар находит цель. Кулак касается одежды противника, но… Миг, и тот исчезает. Кольцо пламени долетает до стены, а сам Феррон появляется возле второй статуи.

С шумным вздохом он картинно вытирает несуществующий пот со лба и добавляет стали в голос:

— Демоны тебя раздери, мальчишка.

— Слабо верится, — фыркаю я.

А сам уже сокращаю дистанцию.

Мои инстинкты обостряются. Хоть он и мой наставник, а я пока лишь непризнанный ученик, но сейчас моя единственная задача — его полное уничтожение. Столь сложного соперника не одолеть, не имея в сердце подлинного намерения убить врага. Буду сдерживаться, и на этом всё кончится.