Король-Наёмник. Смута

На празднество мы прибыли вовремя, во многом благодаря хмурому проводнику, приведшему нас к столице Белояра. Располагалась она на северной оконечности острова в отдалении от берега. Город был основательным, имея при себе обширный нижний город или же посад, выстроенный, в основе своей, избами со своими приусадебными участками и хозяйственными постройками, какие-то религиозные и общественные здания, выложенные досками или засыпанные гравием дороги, и даже приличного вида каменную крепость. Если жилая часть города больше напоминала обычный русский город эпохи высокого средневековья, с небольшими местными изменениями, то вот кремль воистину поражал.

Его стены были не очень высокими – всего-то каких-то двенадцать метров, но возраст, похоже, переваливал за добрую тысячу лет.

Стены многовекового детинца столицы Медвежьего Острова возвышался на холме будто непоколебимый витязь, охранявший город от любого врага, рискнувшего посягнуть на землю «медведей». Массивные стены крепости, выложенные из серого обтёсанного круглого камня, выглядели как непоколебимый щит, который не пропустит ни единого солдата врага.

Стены были укреплены дополнительными округлыми башнями с многоэтажными стрелковыми галереями. Каждый камень стены хранил в себе память о сотнях битв, интригах и великих правителях острова, которые были способны воздвигнуть такую красоту.

Подходя к величественным толстым воротам крепости, я чувствовал пронизывающее всё моё естество дыхание старины. Крепость была древним исполином, который видел меня насквозь, исполином, который переживёт меня, моих детей и мои деяния.

Крепость была столь монолитной, что, казалось, она могла отогнать врага и без воинов. Кто знает, сколько же тел врагов закопано под каменными стенами этой крепости от рук защитников этой земли.

В тёплом свете уходящего на покой солнца, вырезанный на досках природный узор, украшающий ворота крепости, выглядел ещё прекраснее. Мастер, чьей руке принадлежал сей величественный рисунок, смог передать всю красоту здешней девственной природы.

Казалось, что этот рисунок является одним целым с этим местом и что сердце детинца бьётся в унисон сердцам народа острова.

Внутри крепости меня сразу обволокло тёплой атмосферой даже не от множественных горящих костров, а от идущего празднества. Я видел отдыхающих людей, сидящих за несколькими длинными столами, выставленных буквой «П» за которыми уместилось не меньше пары сотен человек, разговаривающих, поющих и шутящих.