Граф Рысев - 5

— А что случилось с утра? — спросил я, скорее, на автомате, чем от любопытства.

— Так с утра вернулись все, кто в казармах не ночуют, — хохотнул Мамбов. — Да и прелестная Мария на занятия как раз пришла. Можно узнать новости из первых рук.

— Вот только этого нам не хватает, — я потёр лоб. — Ты сейчас куда?

— На боевые искусства. — Олег скривился. — Это ты у нас освобождён от этой пытки. Я только не пойму, зачем нам это надо? Мы же не дуболомы какие из спецгруппы Службы Безопасности. Мы почти аналитики, нам головой работать надо.

Мы оба прислушались к глухому звуку.

— Надо же, а мне казалось, что зазвенит, — протянул я, растягивая слова.

— У тебя, может, и звенит. — Менторским тоном ответил Олег. — Это ты у нас больше на мышцы и меч рассчитываешь. А я мозги использую по назначению. — Он посмотрел на часы. — Так, я побежал. Опаздывать на боёвку категорически не рекомендуется. Наставнику почему-то плевать на то, что мы мозговой центр операции Службы Безопасности.

— Ага, и на то, что мы художники, он вообще кладёт с прибором, — хмыкнул я.

— Тебе не кажется, что твой юмор иногда становится несколько... казарменным, — Мамбов прищурился.

— Нет, не кажется, я об этом знаю.

— Тогда для тебя не станет большим разочарованием, если твою кандидатуру не утвердят в качестве возможного начальника нового Сибирского отделения службы Медведева, — со сладкой улыбочкой заявил Мамбов. — Пока ты в списках и не на последнем месте.

— Стой! Откуда ты знаешь про списки кандидатов? Олег! — но Мамбов только махнул рукой и скрылся за поворотом. — Вот, зараза, — жутко захотелось сплюнуть, но я сдержался. — Откуда ты всё знаешь?

Всё-таки это какое-то проявление неизвестного мне дара. Как-то по-другому я не могу объяснить эту его феноменальную осведомлённость. Покачав головой, пошёл домой, пообещав себе, что непременно узнаю, как Мамбову это удаётся, даже если придётся его для этого пытать.

Маши дома ещё не было, но это неудивительно, она в отличие от меня, серьёзно занималась. У военных не было столько поблажек, сколько у студентов Академии изящных искусств, даже если они учились на спецкурсе. Конечно, сейчас обучение стало более суровым, чем было, но всё равно даже близко не приблизилось к муштре военного училища.