Дверь на Атрис

Но что теперь делать, когда путь уперся в море, а плыть нет возможности? Итого надо день-два подождать. А потом - ну, будет видно. Возможно, здесь можно будет и рыбку поймать. Я опустил взгляд на воду. Вокруг ног плавали мелкие рыбешки, сантиметров по пять длиной. И чем их уловить? Нечем. Тогда в действие вступит план «Б». У любого путешественника всегда должен быть план «Б», хотя бы в варианте «просто вернуться обратно». Потому я вылез из воды и постоял, ожидая, когда ноги высохнут. При этом постарался устроиться так, чтобы участок берегового обрыва меня прикрывал.

Вдруг найдется еще один желающий горец, что придет прямо сюда.

Когда ноги высохли, я обулся и исследовал берега. Самыми главными достижениями были две вещи: то, что по берегу дороги не было ни влево, ни вправо. Пехом-то пройти можно было, но даже с арбой уже затруднительно. Какие-то здания тут раньше были. Но от них остались только каменные фундаменты, сильно заваленные галькой. Так что, возможно, порт здесь и был. Но уже нет. Хотя… Небольшое парусное судно может приходить, выползти на берег и поторговать с местными.

После чего ее стащат с берега и снова уплывут за горизонт. Ладно, а теперь обследую устье реки. Вот там я и пополнил запас пищи, поймав пару рыб, внешне похожих на наших красноперок. Некрупные, должен сказать, но в котелке полезного добавят. Конечно, туда порядочную бы форель, а еще лучше две…Но не плавали они в этой речке. Крабами я не соблазнился. Присмотрелся к чайкам как источникам мяса и вспомнил, что их не рекомендуют есть. Ну, так мне некогда говорили. Считается, что в них вселяются души моряков, без вести сгинувших в морской дали. А тем, кому на подобные вещи наплевать с высокой горы, добавляют, что мясо у них невкусное и воняет тухлятиной.

Вот уже и два повода их не есть. Ладно, птички, ваше счастье. Хотя насчет их яиц надо подумать. Рубить дрова я не стал, а поискал среди выброшенных морем деревяшек те, что уже просохли. Горели деревяшки хорошо, но иногда давали окрашивание пламени в оранжевый цвет.

Я сначала беспокоился, а потом перестал: запаха при этом не прибавлялось, взрывов в костре тоже. А отчего это - безразлично.

Может, некогда деревяшки росли на почве, богатой минералом, который и дает такие цвета в огне. Может, когда-то деревяшки везли в одном трюме с каким-то красителем. Суденышко затонуло, и краситель пропитал соседние доски или борта. Мне говорили, что минералы со стронцием красят пламя в красный цвет, что и используется в трассерах.