Право убийцы

О чём он вообще думает?

— Извиниться не хочешь? — прямо спросил я.

— За что? — искренне изумился сосед.

— За то, что меня с потрохами сдал.

— Ты про это, — Дуда отмахнулся, как от какого-то незначительно пустяка. — Так а кто сломал, я, что ли? С хрена ли мне твои проблемы своими делать? Да и вообще...

Он замолчал, покосился на дверь, как будто боясь, что комендант подслушивает. И прошипел, как змея:

— Короче, брат, это был мой ножичек, понимаешь?

— Твой? — удивился я.

— Угу, я его на вечеринке потерял! А тебе нечего переживать.

Во-первых, ты все равно в академии не останешься, а во-вторых, Косорылый прав, ты при всем желании не мог статуи сломать. Ты ж бездарный!

Спор не было смысла продолжать.

— Ты не Дуда, сосед.

— А кто?

— Дура. И за своим хомяком говно убери, — я поднялся и, похлопав паренька по плечу, пошел в санузел.

— Э! Сам дура, слышь! Я Византий! — затарахтел сосед. — Ни хрена, как квотники забазарили! Ты, петрушка, блин...

Я захлопнул дверь, чтобы не слушать. Ванная комната была совсем крошечной.

Если расставить руки, то упрешься в противоположные стены. Такой как Гиппопотам здесь даже бы не поместился. Ванны как таковой здесь не было, а вместо нее — шторка из клеенки с выцветшими подсолнухами, а за ней — подобие душевой кабины. Плитка старая, держится на соплях, сантехника ржавая. Я повернул вентиль крана с холодной водой, и, пока вода стекала, разделся. Ушибы и ссадины на теле смотрелись отвратительно, посинели и всячески напоминали о слабости нового тела. Вешать одежду на ржавый гвоздь, вбитый в стену вместо крючка, не стал. Бросил на пол, все равно она больше не понадобится.

Выдохнув, встал под струю воды и закрыл глаза. Мысли были разные, но очевидно одно — ближайшие планы придется скорректировать. Вернее, совместить, осмотр академии буду проводить, одновременно осваиваясь с моей новой ролью абитуриента, то есть, кандидата. Вода здесь была холодной, как прямиком из проруби, то что надо, хотя от холода быстро свело зубы, но мне все равно удалось расслабиться и даже взбодриться.

Так, неподвижно, я простоял под струёй ледяной воды несколько минут.

Потом я захотел снять лейку и наконец вымыться с помощью огрызка хозяйственного мыла. Но стоило дотронуться до лейки, как державшийся на соплях крепеж развалился в руках и упал на плитку под ногами. Пришлось присаживаться на корточки, чтобы его поднять. Надо будет сообщить о поломке коменданту. Я коснулся лейки, но рука замерла.