Existцензор

Ого, ценит себя!

- С первой пенсии – я весь ваш! – с пафосом воскликнул я и мысленно прибавил к сегодняшней дате сорок семь лет. – Итак, две тысячи семидесятый год, второе июля. Надеюсь, что к тому времени пенсии еще не заменят почетными грамотами. Можешь приходить с подругой – вспомним молодость! А сейчас, извини, - спешу к возлюбленной!

- Болтун, - фыркнула она.

- Тем и живу! – парировал я и покинул павильон.

Не знаю почему, но у меня резко испортилось настроение. Что за время? Все вот так запросто продается, даже такие, на первый взгляд – целомудренные, девушки.

Подошел нужный автобус, и я благополучно уселся в него, бездумно пялясь в окно. Упорно стараясь при этом избавиться от образа продавщицы, облизывавшей полные губы.

Некоторое время спустя я нечаянно перехватил заинтересованный взгляд мужчины, сидевшего напротив меня – по всей видимости, он любовался розами. С долей неприязни я осмотрел его. Сухой, поджарый, лет около сорока. В легкой летней куртке и широкополой старомодной шляпе.

И тут у меня внутри что-то как будто ёкнуло! Я более внимательно присмотрелся к незнакомцу … Ну да, точно – он чем-то очень походил на того человека, что ночью повстречался мне в подъезде! Не чертами лица, хотя и у этого было худое продолговатое лицо; а чем-то, что не так просто выразить словами. Мужчина поймал мой заинтересованный взгляд, и я успел заметить, что прорези его глаз его были узкими, лишенными ресниц, словно щели на лице. Ничем не примечательное лицо, таких вокруг – миллионы. И тут я понял – что именно заострило мое внимание – кожа!

Не то чтобы это уж так очень бросалось в глаза, но его кожный покров был желтовато-серого цвета – словно у человека, продолжительное время пролежавшего в больнице. Хотя он и не производил впечатления больного – худой, но жилистый. В боксе, например, очень ценится подобная комплекция. Взгляд серых безразличных глаз сосредоточился на мне, казалось, незнакомец смотрит на меня с вызовом. Не знаю почему, но мне до отвращения был неприятен этот взор.

«Да ну нахер!», - одернул я сам себя. – «Навыдумывал себе тоже … Обычный мужик … Просто до хрена на меня свалилось в последнее время, вот и все …»

Как раз следующей была моя остановка. Я вежливо улыбнулся мужику, как будто извиняясь за свой пристальный интерес. Он, словно зеркаля, дернул узкими губами в ответ. Мне стало не по себе от этой скупой, словно выдавленной, улыбки, слегка обнажившей желто-серые мелкие зубы.