Кредо низвергнутых: Узы крови

Правда и смешивать их в одну живую бурлящую массу никто не решился, поэтому в день основании этой организации было принято решение утвердить единый формат для всех гильдейских представительств. В каком бы поселении разломщик не оказался, когда его нога ступит на шлифованный камень вербовочной площади, перед ним окажется та же картина, что и везде: пятиконечная звезда, окольцованная клыкастым забором, а в ее центре пузатым куполом раздувается экономическое сердце организации.

– Жетон! – Басовитый окрик стражника, отрабатывающего свои кроны на пропускном посту, вывел меня из раздумий.

Большинство моих знаний об этом мире поступило ко мне от Гриса. Порой старому трактирщику хотелось выговориться, и он неосознанно стал моим проводником в мир Пустошей. Жаль, что в итоге наши пути разошлись, но вместе с тем, появилась мысль, что может быть он и прав. Что ждет тех, кто пойдет за мной? Смерть? Более чем вероятно. Однако этот риск, как и всегда, ступает по одной дорожке с большими возможностями, олицетворяя собой надежу.

– Ты оглох, выкидыш химеры? – К моему лицу приблизился шипастый шлем, сверкая желтым огнем из продолговатой щели для глаз.

– Вот... – я вытянул из внутреннего кармана куртки четыре бронзовые цепочки, явившие глазам стражника жетоны моей погибшей команды.

– Они принадлежат не тебе! – Рыкнул хаосит и дернул свободной рукой, пытаясь отобрать у меня медальоны мутно-желтого цвета.

– Они принадлежали членам моей команды, которые пали в битве с разломными тварями, – с вызовом ответил я, прижав жетоны к груди, – и не тебе, псина, чья судьба – вечная охрана и без того безопасных мест, говорить со мной в таком тоне! – Если мне изначально и хотелось решить вопрос дипломатически, то сейчас назад дороги нет – стражник не оставил мне выбора.

Прогнусь – и меня втопчут в грязь. Вовек не отмоюсь. С демонами нельзя действовать гибко, они понимают лишь язык силы.

– Ах ты! – Прогремел обезумевший от ярости стражник, распугав ближайших ко мне людей, ожидающих своей очереди.

Он скрестил руки на древке своей алебарды, намереваясь нанести удар, но из-за его спины загрохотал металлом более внушительный и искусно выполненный доспех:

– Что тут у тебя, Силаз?

– Э... – вмиг потерялся стражник, – господин сотник, тут этот... – он указал на меня пальцем, словно нашкодивший мальчишка. Это его реакция вызвала на моем лице улыбку, а вот его командир издал какой-то неоднозначный звук. Толи он выдохнул, толи зарычал, не знаю.