Катаяма. Вернуть все

В донабэ он высыпал рис, а на сковородку он вылил масло. После этого он высыпал из мешка в отдельную тарелку немного панировочных сухарей. Затем он взял кусок свинины и макнул его в муку со специями. Следом он обмакнул мясо в яйца, а затем в панировочные сухари после чего положил жариться на сковороду. Так он продолжил пока не кончилось мясо. И вот он положил все на тарелки и принес их ко мне. За это время я еще сильнее проголодался.

Запах заполонил мой нос, и я погрузился в него. Нега завизжала. Я схватил палочки и начал есть.

Снаружи мясо было хрустящим, но внутри мясо заливало мой рот соком. С каждым кусочком и я, и Ночной Лебедь приходили в полный восторг.

- Вкусно? – спросил вдруг Тадаши.

- Угум... Очень! – ответил ему я, пережевав кусок свинины.

- Заканчивай и пойдем тренироваться.

- А что тренировать то будем? – спросил я у Тадаши.

- Использование заклинаний. – ответил он и встал из-за стола.

Я встал и вышел из дома, а затем двинул за Тадаши. Мы прошли мимо реки, но только в обратную сторону от водопада.

Пройдя с десяток минут, мы добрались до небольшого горного массива. Здесь почти не было деревьев, и мы начали тренировку.

- Попробуй вновь попасть в место, в котором ты видел список своих заклинаний. Просто закрой глаза и представь его. А затем посмотри на заговор или заклинание, которое хочешь использовать и отведи взгляд как бы за него.

Я сделал это и все получилось. Удивительно с какой легкостью я делаю это! Мне захотелось использовать заклинание, которое создавало ледяной кинжал.

Я сделал все как сказал Тадаши и моему взору открылся рисунок из линий. Внезапно он крепко впечатался мне в память.

- Теперь попробуй расфокусировать зрение и увидеть ток этих линий. – сказал Тадаши после того, как я рассказал ему о рисунке из линий.

Я попытался, но первая попытка была неудачной. У меня только голова закружилась и глаза заболели. Вторая также была неудачной, взгляд зацепился за пролетающую птицу. Третий, четвертый, пятый, шестой, седьмой, восьмой, девятый, десятый, одиннадцатый, двенадцатый, тринадцатый, четырнадцатый, пятнадцатый, шестнадцатый.

Все эти разы у меня ничего не выходило, болели глаза, взгляд цеплялся за что-то или пересыхали глаза. Но вот семнадцатый раз оказался удачнее я и смог увидеть эти линии. Идущие сквозь все сущее белые линии. Вдруг я почувствовал тягу к тому, чтобы схватить их, но попытка не удалась, и я лишь нарушил свое видение линий. Хотя они оказались почти полностью прозрачными я все равно мог приметить парочку.