Катаяма. Вернуть все

Вначале, топор просто отскакивал от коры дерева и не оставлял даже зарубок. Тогда я решил найти место с частично отпавшей корой и счистив ее рубить непосредственно древесину. Так я и сделал, кора с некоторыми усилиями счистилась, но вот с древесиной было сложнее. Она не поддавалась.

Прошел час, второй. Я избивал дерево с разной скоростью, интенсивностью, частотой, силой удара. Кора не поддавалась.

Еще час, другой. У меня начали закрадываться сомнения насчет топора, насчет материала из которого было сделано дерево, да и можно ли его вообще срубить.

Пятый час ознаменовался моей попыткой использовать заклинание. Первым делом, я попробовал «Искажение цены», видимо мой воспаленный тяжелой работой мозг решил, что заклинание, которое заставляет выглядеть вещь хуже или лучше, изменит и ее физические характеристики… Попытка успехом не увенчалась. Следом шли все заклинания, которые не давали результата. Последним оставалось заклинание «меткий удар». Я уже не имел надежды и использовав заклинание атаковал дерево.

Пошла трещина. Не описать то, как я был рад. Я использовал этот заговор еще несколько раз и каждый раз шла новая трещина. В какой-то момент пошла очень большая трещина, от которой вязью тянулись более мелкие и вдруг куски, как мне тогда показалось «древесины» посыпались вниз. Это была кора. Пять, а может и больше сантиметров коры отделяло меня от древесины.

Шестой, седьмой и восьмой часы также были неудачными. Заклинания не помогали и топор оставлял лишь едва различимые засечки.

В этот момент я упал на землю без сил. К тому моменту Тадаши уже ушел, но пообещал вернуться. Я смотрел на плывущие облака и ко мне пришла идея, возможно стоило рубить не ударами, а как бы клином, найти трещинку, вставить туда клин и хорошенько вдарить обухом топора. Три минуты ушло на создание клина.

Девятый час ознаменовал собой нахождение трещинки. Я вставил клин и размахнувшись ударил обухом. Трещина чуть расширилась. Я продвинул клин ниже и снова вдарил.

Трещина потянулась вбок, чего мне абсолютно не требовалось.

Десятый и одиннадцатый часы ушли на создание трещин. Затем я таки получил свое творение. Кривая, рваная, выпирающая занозами палка совсем не подходящая для хоть мало-мальски серьезного боя.

Я продолжил свой труд. Весь оставшийся день, вся ночь, утро следующего дня. Целые сутки без сна давались тяжко, но, когда мне оставалось последняя трещина и последний удар. Я получил идеальный посох.