Лесник

Но сколько здесь было моего внутреннего убеждения и желания помочь людям, а сколько просто воспитания и моральных норм прошлого мира, я не знал. А потому затруднялся сказать, хороший или плохой я человек.

Правда, мог с полной уверенностью констатировать, что не хочу быть сволочью. Наоборот, желаю без стыда глядеть в глаза своему отражению в зеркале. А раз так, то вообще хорошо бы плотнее браться за людские дела, как-то закрепляя хотя бы моральные нормы своего прошлого мира. Может, я тут не напишу «коммунизм для чайников» и «гуманизм для варваров», но хотя бы устав лесного братства надо бы родить.

Чётко обозначить, что все люди равны под Небесами, за одно преступление не-мага надо карать ровно так же, как мага, и наоборот, установив верховенство закона и равенство перед ним. Обозначить социальную ответственность любой власти перед народом, в соответствии с которой та должна защищать его от угроз, обеспечивать приемлемые условия жизнь, медицину, образование, справедливую оплату труда и так далее. В идеале бы ещё обозначить ненаследственную форму передачи власти. Мне не нравилась чистая монархия в силу того, что наследный принц может в итоге оказаться царём-тряпкой или кем похуже, случаи бывали. Но и короткие президентские сроки я тоже не одобрял, потому что временщики так себе решение. Они мало за что отвечают и слишком часто не прочь просто набить себе карманы.

А вот римляне неплохо придумывали назначать себе пожизненных диктаторов в сложных ситуациях.

Насколько я помню, Гая Юлия Цезаря в сенате как раз потому зарезали, что он из такого решил стать императором. Любая форма власти, конечно, будет иметь свои минусы, но это казалось мне самой рабочей в имеющихся условиях. Да и, в конце концов, я назвался Ромулом, сама судьба подталкивает меня к тому, чтобы хоть немного построить Рим. Только без содомии и оргий.

Оглядываясь назад, на земную историю, я довольно часто сравнивал её с той, что видел в свитках здесь, и вынужден был признать, что люди везде одинаковы.

Нет, отличий, конечно, масса, одна магия чего стоит. Но всё-таки человек из-за неё не становится кракозяброй с Альфа-Центавры, и его ведёт всё та же логика. Тем более волшебство фундаментально не меняло общество или исторические тенденции, и средневековье при его наличии не превращалось в индустриальную или постиндустриальную эпоху с их длинными цепочками поставок и транспортными линиями, объединяющими весь мир.