Не шутите с Кракеновым!

Что там считывалось дальше, я так и не понял. То ли личный идентификационный номер, то ли отпечатки пальцев, неважно. Главное, что миленькая девушка с ресепшена улыбнулась и жестом предложила пройти к лифту.

— У госпожи будет всего двадцать две минуты на разговор с вами, — отчеканил помощник. — Так что обходитесь без приветственных речей и рассуждений о погоде. Говорите строго, четко и по делу. Княгиня такое любит.

Он провел взглядом по нашей одежде и едва заметно покачал головой.

— Вы вообще слышали о деловом дресс-коде? — вздохнул парень.

«Ну у него и постная роооожа... так и хочется врезать разочек».

Лично мне было плевать на пренебрежение в голосе помощника. Работа у него такая — отсеивать всякий сброд перед встречей с его госпожой.

Куда больше меня волновало поведение отца. Во время полета сюда мы договорились, что он постарается держать себя в руках и просто молча подпишет документы, но у меня, почему-то, возникали сомнения по поводу его выдержки.

Вот и сейчас он заметно нервничал и, как будто, что-то готовился сказать.

— Отец... ты помнишь про наш разговор? — осторожно поинтересовался я.

— Что? — он как будто вырвался из плена своих фантазий. — А... да, конечно. Все будет хорошо. Папа обо всем договорится.

Двери лифта открылись и мы вышли в просторный холл. За стойкой сидели две рыжие близняшки, сотрудники носились туда-сюда с какой-то невероятной скоростью, а под потолком кружились десятки совсем крохотных дронов.

— Простите, как вас по имени?

— Артем, — ответил помощник.

— Артем, дадите нам буквально минуту наедине? Нужно еще раз обговорить стратегию переговоров.

Парень закатил глаза. Оно и понятно, учитывая репутацию Болотовой, нам не поможет ни одна стратегия. Хорошо, если останемся при своих.

— Встреча начнется через минуту и двадцать три секунды. Ждать вас никто не будет. Где кабинет, спросите на ресепшене. Всего доброго.

Всего на мгновение показалось, что передо мной просто очередной, но очень дорогостоящий, дрон.

— Ждать не будет... ну-ну! — с вызовом произнес Петр.

Я оттащил его в сторону, под подозрительные взгляды близняшек с ресепшена, и прошептал:

— Так, отец, ты чего удумал?

— Сын, спасибо тебе за волнение, конечно. Но дальше я разберусь сам!

Твою же мать. Походу, Остапа понесло.

— Ты уже разобрался. Из-за чего нас обоих чуть не убили...

— Арти, все же очевидно! — в глазах мужика горел огонь.