Факультет славянской магии

- Не борзей, - рыкнул он и, указав рукой на сваленные в кучу деревянные чурбаки, приказал, - сегодня студенты старших ступеней набегаются, нанюхаются пыли и грязи, поэтому твоя задача заготовить дрова для бани. Естественно без колуна.

- Зубами дерево грызть прикажете? – насупился я и приготовился выставить воздушный щит.

- Внимательно смотри сюда, - со злостью процедил каждое слово профессор.

В его сверкающих глазах явственно читалось, что Муромский готов сделать из меня коровью лепёшку. Но осознавая, что мы находимся на осадном положении, он от магического рукоприкладства отказался.

Вместо карательно-воспитательной работы «боевой гном» сам взял один чурбачок, установил его на другой чурбак и словно каратист резко махнул ребром ладони вниз, не доводя руку до контакта с деревяшкой.

- Хэ! – выкрикнул он, и верхняя чурка аккуратно развалилась на две половинки. – Повтори, - потребовал Муромский. – А то в щепки разнести полезную вещь любой дурак сможет. Настоящая магия должна работать как бритва.

Ясно, боец?

- Так точно, товарищ генерал! - козырнул я, приложив руку к пустой голове, и сам подошёл к отвалившейся половинке деревянного чурбака.

«То есть, если выбросить руку ладонью вперёд, то магия рассеется и получится обычный толчок, - догадался я. – Если же вдарить кулаком, как я это сделал в спортзале, то магия, словно ядро, расщепит деревяшку в щепу. Следовательно ребро ладони производит эффект рубящего лезвия. А это значит, что от магического воздушного удара можно и уклониться, а не выставлять щит, если включит голову».

- Тебе боец что-то не понятно? – прошипел профессор, приняв мою задумчивость за попытку откосить от учебного процесса.

- Никак нет! – гаркнул я, вытянувшись в струнку.

И тут же, решительно поставив половнику чурки на другой чурбак, с резким выкриком «хэ!» махнул ребром ладони вниз. И деревянный опытный образец за доли секунды с громким треском развалился и превратился в два вполне симпатичных полена, пригодных для растопки русской печи.

- Кхе, кхе, - прокашлялся Радосвет Муромский. – Н-да, дела.

Я уже приготовился выслушать поздравление и принять в награду с десяток гульденов, которые моментально запланировал потратить на приобретение каких-нибудь шмоток. Однако от главного корпуса факультета магии отделилась высокая фигура ректора Погребинского и трусцой понеслась в нашем направлении.

- Радосвет Григорьевич! Радосвет Григорьевич! Подождите! – закричал ректор.