Факультет славянской магии

Но когда этим сбродом командует маг-мертвец, который транслирует собственные команды им прямо в мозг, то они превращаются в банду безжалостных убийц.

- Только этого мне не хватало. Значит, у властелина мало нужного ресурса, - задумчиво пробормотал Погребинский. – А какой ему требуется ресурс, чтобы создавать магов-мертвецов? Ведь наверняка он берёт самую простую тварь и магическим способом трансформирует мозг и тело, наращивая кости и мышцы.

- Постойте, - чуть не вскрикнул я, – а я всё понял.

Властелин для трансфигурации подбирает не абы кого, а только тех мертвяков, у которых есть зачатки интеллекта.

- Обоснуй? – почти хором спросили Борис Божеславович и Дарья Русакова.

- Перед тем, как маг-мертвец должен был отправить меня прямиком в Славь, я с испугу пошутил, что хочу в последний раз посетить туалет системы сортир.

- Ну и что? – хмыкнул Погребинский.

- А то, что эта тварь засмеялась, - прошептал я. – Чувство юмора, товарищ профессор – это первый признак интеллекта.

Любой человек, как только начинает впадать в маразм, тупеть и деградировать теряет именно чувство юмора.

- Допустим, - буркнул ректор. – И что ты, Звонарь, конкретно предлагаешь?

- А выбор у нас небольшой, - ответил я. – Собрать отряд лучших магов, прейти горную гряду, добраться до Нар-Анкара, уничтожить питомник магов-мертвецов и прикончить самого властелина. Либо мы его, либо он нас, либо через год мы сами отсюда сбежим.

- Ладно, - тяжело вздохнул Погребинский.

– Идите сейчас на занятия. Месяц, другой в нашем распоряжении точно имеется, есть ещё время, чтобы посоветоваться, продумать детали и всё окончательно решить.

***

Высокий и стройный боевой маг восьмой ступени Филипп Чернов, который мог бы спокойно благодаря своей внешности и длинным шикарным светло-русым волосам подрабатывать в качестве модели на неделе моды в Париже, в данный момент времени жаждал совсем иного. Он всеми фибрами души стремился расплющить меня на татами спортивного зала, используя магию воздуха.

Так как «боевой гном» Муромский выставил лучшего бойца всех старшекурсников, чтобы тот задал мне хорошую трёпку. Почему-то в представлении профессора боевой магии я должен иметь исключительно бледный и потрёпанный вид, наверно тогда Радосвет Григорьевич почувствовал бы себя счастливым.

Но Филипп пока ожидания профессора не оправдывал. Хотя первые минуты поединка сложились именно в его пользу.