Факультет славянской магии

Так что готовьтесь к бою, кромсать сегодня придётся направо и налево, ха-ха.

- Типун тебе на язык, - недовольно хмыкнула профессорша.

***

Примерно через час наш бравый вездеход вырулил на ржаное поле, где колосились молодые, но уже высокие стебли, в которых если захотеть, то можно было легко спрятать целую роту солдат. Поэтому когда дорога, медленно петляя, поползла прямо посередине поля, я немного занервничал. К тому же масло в огонь подлила профессорша Бунина, заявив, что через полчаса, после ближайшей осиновой рощи должна показаться ферма имени Беллинсгаузена.

- Яролика Федоровна, не сочтите за труд, свяжитесь по рации с Угрюмым, - попросил я профессоршу, а сам немного сбавил скорость нашей шестиколёсной машины.

Кстати, моё внутреннее напряжение передалось и Марьяне Соломиной, которая, сняв предохранитель с «Сайги», стала пристально всматриваться в мерно покачивающиеся на ветру стебли ржи.

- Марьяша, ты главное мирного фермера не пристрели, - хохотнула Бунина и, поднеся портативную рацию ко рту, принялась вещать в микрофон, - Профессор Угрюмый, это Яролика, приём! Говорит Яролика, как меня слышно? Приём! Профессор Угрю…, - споткнулась на полуслове женщина с шикарной рыжеволосой причёской, так как в пятнадцати метрах от нас путь вездеходу преградил неприятный гражданин, облачённый в чёрный балахон, который скрывал лицо незнакомца.

- Товарищ монах, освободите проезжую часть! – рявкнул я, ударив по газам. – Что вы как Анна Каренина бросаетесь под колёса к незнакомым людям? Я может быть в своей жизни, ни одного человека пока не раздавил.

И вообще, меня подобное безответственное поведение таких пешеходов, как вы, шокирует. Неужели так сложно запомнить: зелёный свет – иди, красный – стой!

То, что это был не монах, и тем более не товарищ, лично мне стало ясно с первой секунды. Однако некий рыцарский этикет требовал, чтобы мы, прежде чем начнём магическими лезвиями вспарывать друг другу животы, хотя бы высказали свои претензии. У меня в принципе претензий особых не имелось, я – человек мирный.

Но этот мужик в балахоне явно испытывал к нам особую острую неприязнь.

- Вызывайте Угрюмого, что-то не нравится мне этот аниматор, - шепнул я Буниной, спрыгнув с вездехода.

И следом за мной спустилась на землю и Марсианка, оставив бесполезный в магическом поединке карабин на днище машины. После чего мы вместе с очаровательной магиней сделали пять шагов, сократив расстояние до критических десяти метров, и встали как вкопанные, словно ковбои перед дуэлью.