Медведь в чужих доспехах

Как говорится, оплеуха — лучшее средство унять бабскую истерику, допросить говнюка и привести себя в чувство. Нежные щеки лейтенанта (хотел сказать — бывшего лейтенанта) еще горели от ударов, а я уже со всех ног несся к белеющей громаде поверженного механоида. За полтора удара сердца удается добраться до обшивки, еще пара секунд уходит на карабканье по броне до открытого нараспашку люка кабины, и за мгновение до того, как из парового тумана выныривает черное чудовище противника, соскакиваю на сиденье пилота.

Меня слегка пугают многочисленные провода и непонятные штуковины. Мой разум постепенно сливается с мозгом Ичиро, из-за чего голова переполнена неизвестными терминами, инструкциями, действиями в случае всевозможных ситуаций, но руки, ведомые заученными тренировками, автоматически жмут на кнопки, поворачивают рубильники и сжимают в кулаках рукояти штурвала. Кабина захлопывается сама собой, а я чувствую, как пол под ногами, да и все вокруг начинает страшно вибрировать и уносить меня ввысь.

Ощущение — точь-в-точь как в игровом автомате, куда меня однажды удалось засадить Тени с Морпехом: легкая невесомость и наплыв адреналина. Тогда я был изрядно под градусом, поэтому после двадцати минут «каталок» по виртуальным американским горкам заблевал всю игровую кабину, а также неосторожного дежурного. Но сейчас все было иначе.

Одновременно с дрожью перед моим лицом вспыхивает экран. Много экранов. Много красных вспышек, сигналов повреждений, бегающих строк и прочих символов, чье назначение, вероятно, — уведомить пилота о масштабах повреждений.

Отмахиваюсь от них, шаря взглядом по экранам, пока до меня не доходит простая и страшная вещь: черная тень, заслоняющая мне свободный обзор, на самом деле силуэт моего с лейтенантом врага!

Пот застилает глаза, но неожиданно возникшая ярость лишь заставляет тряхнуть головой и прорычать что-то вроде: — «Да за кого ты нас держишь?!» Мое тело будто становится частью кресла, а потом и всего механоида, экраны придвигаются ближе (или это обман зрения?!), а мои руки вдруг становятся трехпалыми захватами, которыми заканчиваются конечности меха.

Оно и к лучшему. Не знаю, как именно у меня сейчас получается пилотировать доспехи, но разбираться будем потом. Если выживем. Избранный я или нет, а вот стоит этой черной махине хоть раз повалить меня наземь и все, второго шанса уже не будет. Он меня попросту растопчет. Тень нависает надо мной, скрежеща суставами.