Медведь в чужих доспехах

Душ из того, что лейтенант успел навернуть перед боем, поливает радостных зрителей внизу доспеха. Самые расторопные или прошаренные успели вовремя отбежать, а вот «звезданутому» начальнику, какой-то секретарше с папками и паре солдафонов-охранников досталось по полной. Через пару секунд понимаю, что тошнить уже попросту нечем, пытаюсь приподняться, но тело решает просто уйти в несознанку, закидывая мой разум в небытие. Короче, я грубо и невежественно, словно какой-нибудь салага, теряю сознание на самом краю кабины.

Последнее слова, которые я слышу, становятся проклятья «звездного лорда» и его же предупреждения, адресованные, наверное, санитарам:

— Несите его! Скорее! Бережнее! С-сука! Дайте платок!..

Глава 5. Пробуждение в ином мире

Приходить в себя мне доводилось в самых разных местах, начиная от сырых подвалов противника, до мягчайших перин семизвездочных отелей. Но самым безопасным из всех было зрелище белого потолка. Где бы я не пришел в себя, белый потолок всегда означал одно и то же — безопасность и покой.

А если головой чувствуешь подушку, телом — жесткий больничный матрац и легкую невесомую простыню, то вообще можно расслабиться — ты среди друзей или хотя бы дружественного персонала Красного креста. Вот и сейчас, стоило мне только открыть глаза, а напряженное тело, готовое прыгать в сторону с перекатом, мгновенно адаптируясь к бою в незнакомой обстановке, расслабляется, ощутив тепло и мягкость постели. Белый потолок окончательно успокаивает. Повернув взгляд в сторону, вижу трубочку капельницы, шланчик которой тянется под простыню.

— Лейтенант! Как вы себя чувствуете? — звучит рядом мягкий грудной голос. — Нет-нет, не двигайтесь! Вам пока нельзя вставать! Судзуки! Принеси журнал!

Передо мной появляется медсестра — странно выглядящая женщина в белом халате примерно тридцати лет. Мой наметанный глаз сходу цепляется за ее внешность, но определить, что именно является необычным, быстро не получается. Лишь когда она поворачивается боком, привычным жестом откидывая густую косу черных как смоль волос, до меня доходит, что милфа необычайно привлекательна! Лицо, огромные, чуть раскосые глаза с синими зрачками, длинные ресницы, фигура «песочные часы», большая грудь, пусть и сдавливаемая тугой рабочей блузой, длинные точеные ноги и полное отсутствие каких-бы то ни было недостатков, типа морщин или целлюлитных отеков!

Не успел я удивиться, как в комнату забежала еще одна медсестричка помоложе с папкой в руках.