Скиталец среди миров

Презрительно фыркнув, она рванула за своим кавалером. Пришлось и мне шевелиться быстрей. Далеко идти не пришлось, буквально минут через сорок на небольшой, даже не поляне, а проплешине, густо залитой кровью, лютая парочка остановилась. Три трупа с разорванными глотками лежали там, где их застала смерть. Двое, судя по расположению одного за другим, даже не поняли, что их убивают. А вот третий успел отскочить и прижаться спиной к дереву, достав арбалет. Но это его не спасло. Оружие так и осталось лежать рядом с переломанной мощными челюстями рукой.

Из леса послышался сдавленный стон. Поспешив на звук, метрах в пятидесяти от места бойни, устроенной волками, нашел раненого. Молодой парнишка лет двадцати пяти. Потрепанный камуфляж. Судя по одежде и снаряжению из вольняшек, как и погибшие. В городе их не видел, хотя специально приглядывался к коллегам. С несколькими ватагами даже познакомился через Фроди. Интересно, а старый прохиндей знал, что по нашу душу вышли охотники? Нет, он мне ничего не должен.

Просто если знал и не предупредил – это одно, если не знал – другое. Уровень доверия и развития дальнейших отношений зависит от ответа на этот вопрос.

Жуткие рваные раны на руках и ногах не дали раненому уползти далеко. Лицо бледное от потери крови, глаза мутные. Он уже не видит меня, не соображает, где находится. Жить парню, если не оказать ему помощь, осталось не больше получаса. Только помогать тому, кто решил поохотиться на меня и нужных мне людей, я не буду, а вот покопаться в мозгах можно.

Спустя двадцать минут, мне было известно все что знал, или о чем догадывался молодой охотник. Что тут сказать. Обложили нас. Заказчика парень не знает, но о нем догадываюсь я. А самое паршивое, что в живых никого оставлять не планируется. Даже девушек приказано убить. Сил для этого нагнали в Заброшенные земли достаточно. Два отряда наемников и ватага вольных охотников. Но хоть тут новости не плохие ­– вольняшки не из Кочек и Сигурдович о них не знает и знать не может.

Но почему Лакапины и их покровители решили действовать так жестко, остается только догадываться.

Мне на ум приходит только попытка замести следы с подавителем. В любом аристократическом обществе применение такого артефакта на людях одного с тобой статуса поставит крест на тебе и твоем роду. Против тебя ополчаться все. И враги и друзья. Нет, не за сам факт использования. Тут все всё понимают. В борьбе за место под солнцем любые средства хороши. А за то что попался.