Договор! Том 2

— Ух, ведьма тебя!

— Перья обдирай и разделывай. Такова жизнь. Нам жрать тоже надо. Был бы выбор, кого другого нашёл бы. Но чёт пустовато в этом лесу после зимы. Эта птичка даже улететь не пыталась, будто меня ждала. Ну я и…

Вздыхаю.

Борясь с чувством печали и отвращения, берусь за птичек. Бедняги мелкие ничего не весят, и ободрать их можно без ошпаривания, так перья вылазят. Не очень богатый опыт у меня по таким работам, но пару раз при дворе Драге приходилось. Хорошо хоть не шевелятся, как курицы с отрубленными головами.

Да и после зараженных крыс, я и не такое в себя запихну, чтоб выжить.

Темнеет.

Птички уже купают в бульоне на худых углях, и распространяют мучительный аромат бульона. От него сводит желудок, зато прогоняет чувство вины.

Молчим, переглядываемся, ждём.

Из леса появляется Ирвэн, задумчивая и смурная.

— Ну, ведьма, чего там? — спрашивает её старик, помешивая варево палкой.

— Даж не знаю, как сказать. Пойдём, посмотрим.

— Щас, что ли? — старик склоняется над котелком, пытается рассмотреть в темноте готов ли ужин.

— А хрен с ним. Не выкипит. И пускай дойдёт немного. Мочи терпеть нету.

Подрывается на ноги, я следом.

Пока идём, понимаю, что Нода следует за нами, но я уже не против. Оставлять её одну в лагере в темном лесу как-то бы и не по себе было.

В лесу ни черта не видно, я не понимаю, как ведьма разбирает дорогу, старик тоже напрягается, и мне становится как-то не по себе. Понимаю, что не слышно никаких лесных звуков, ни насекомых, ни птиц, ни зверей, даж ветра нет.

И только доходит, что так почти весь вечер было, после того как мы лагерь разбили.

Выходим на широкую полянку, и ведьма тыкает пальцем вперёд. Я сначала не понимаю, что вижу, присматриваюсь, кривлюсь. Из сплошной стены леса торчат три дыры. Деревья в этих отверстиях ушли в сторону и изогнулись, образовав тоннели, которые уходят в лес на неясную глубину. Какая-то сверхъестественная картина.

— Что это за хрень? — спрашиваю я.

— Не знаю… — отвечаёт шёпотом ведьма. — Ч-что-то оставил тут свои норы, если можно так выразиться.

Всематерь с ними, с деревьями погнутыми, но внутри ничего нет, понимаешь? Пустота. Пустота…

— Не, не понимаю.

— Лес этот особенный, Навь в нём такая плотная, что чужак не пройдёт, остановит его. А в дырах этих Нави нету. Ничего нету. Как так может быть?

— Хм, — крякает старик и чешет бороду. — Теперь понятно, почему тут ловить нечего. Если я это чувствую, то звери и подавно. Вот и ушли, кто смог.

— А ещё это.