Кости лорда Эдда-2

Если же лично проведешь магическое прерывание, все будет еще хуже. Поэтому, как бы тебе не было ее жалко, не помогай ей прервать беременность.

Но в этом году все с ярмаркой пошло не так. В городе началась эпидемия. Ее начало не могли распознать. Люди заболевали, умирали, но их домашние от них не заражались, точнее, сначала не заражались. Между проявлением болезни у них и смертью первой жертвы проходила неделя и даже десяток дней. Поэтому за больными ходили, не боясь заразы, и погребали не на специальном кладбище для жертв эпидемий (столица им гордилась, поскольку во всем королевстве и сопредельных странах такого не было), а на обычных.

И только потом забили тревогу: ведь, если заболевает сначала пятидесятилетний глава семьи, а потом его младшая дочь шестнадцати лет от роду, и все симптомы одинаковы, то речь явно идет о поветрии. У немолодого хозяина может развиться одышка, даже если она раньше не наблюдалась, затем переходящая в сердечную слабость,

и сердце ослабевало окончательно, такое случается, но не у юной девицы! Рождались дети с больным сердцем, но они до такого возраста даже не доживали, им даже бегать было тяжело, и все знали, что юный Пер явно не жилец на этом свете, глядя на его синее лицо!

Во всем что-то было не так.

А потом лекарь мэтр Анделус обнаружил кое-что странное и страшное. Старший брат мэтра обучался магии, пока с ним не случилось неудачное падение на обледеневшей мостовой, которого он не пережил. Его братишка тоже хотел учиться магии, но у него не было задатков к управлению Силой. Старший брат охотно рассказывал младшему про то, что учит, да и книги по магии в доме остались, и лекарь их почитывал. И вот сейчас обнаружил, что болезнь эта напоминает ему одну давно минувшую эпидемию.

Ее называли «минденская трясучка», потому что началась она в порту Минден, ранее находившемся в устье реки Железной. С тех пор река изменила русло, и на месте бывшего порта сейчас осталась небольшая рыбацкая деревня. Дальше болезнь распространилась по побережью.

А потом пошла и по реке вверх.

Заболевшие жаловались на холод и пытались любым способом согреться. Но им было холодно даже у жарко растопленного камина и под двумя одеялами. Затем у них синели губы, отекали ноги, и начинались перебои в сердце. Редко кто болел больше суток-двух. Так писалось об этом в старых книгах. Лечения не было. Лекари и маги что только не делали для борьбы с болезнью, но не помогало ничего.