Пути Деоруса

Он вернулся, и пора было снова привыкать к землям Виалдиса, упаси боги назвать его Тиарпором!

Спустя пару минут девушка показалась вновь: с подносом в руках, она ловко продвигалась между посетителями, направляясь к Ганнону. Но, не дойдя одного стола, отдала заказ торговцу зерном из Арватоса. Страждущий резко потянулся навстречу вожделенному напитку и чуть ли не выхватил деревянную кружку из рук служанки. Тучный мужчина, зажмурившись, поднес эль прямо к красному носу и жадно втянул воздух.

Его лицо побледнело, глаза распахнулись.

— Что за дрянь! Молк вас забери… — торговец прикрыл рот и нос рукавом, другой рукой отодвигая кружку. Ганнон с нескрываемым весельем помахал рукой служанке:

— Кажется, это мой! Неси скорее!

Девушка быстро переставила кружки между столом торговца и своим подносом, и, неразборчиво пробормотав извинения, поспешила прочь от недовольного толстяка. Секунда, и заказ был на столе Ганнона: парящая миска с похлебкой и та самая кружка зеленоватого эля.

Юноша взял ее обеими руками и, глянув в сторону неудачливого торговца, поднес напиток к самому носу и глубоко вдохнул. Аромат брухта было сложно представить человеку, которому посчастливилось не быть с ним знакомым: чаще его описывали как смесь рыбьей чешуи и горькой коры пустых кленов с Атора. Звучало мерзко, но для тех, кто вырос на побережье, где брухт добавляли в любую стряпню, запах был так привычен, что становился почти незаметным. Стоило же им попробовать еду через два-три столба от Белого Города, как отсутствие этого аромата давало о себе знать: вся еда казалась жителям побережья безвкусной и сладковатой.

Перевалило за полночь, и зал потихоньку пустел. Посланники-сменщики ушли первыми, доставлять письма. Один за другим они гладили Адиссу и покидали гостеприимные стены. Их коллег развели по комнатам служанки. Ганнон выбрал лавку в углу: она хоть и стояла подальше от очага, но зато можно было сложить вещи к стене и не переживать за них.

Сон, после долгого перехода, пришел быстро.

***

Ранним утром – едва только взошло солнце – Ганнона разбудило кряхтение хозяина, ходившего по залу и наводившего порядок. Юноша резким движением сел на твердой лежанке, потянулся и растер затекшую поясницу. Хозяин обернулся на звуки и коротко кивнул гостю:

— Доброе утро, господин.

— Доброе, один трудишься? — Ганнон зевнул.