Лазоревый мундирЪ IV: Тенеткач

– Ладно, это мы потом обсудим, – вздохнул князь. – Так что вам, Герман, от меня-то требуется?

– В сущности, ничего, – ответил Герман. – Я просто хотел, чтобы вы знали, с кем имеете дело, и приняли бы свои меры – по финансовой части, по юридической или еще по какой.

– Примем, – Ираклий деловито кивнул.

– Больше всего меня пугают эти бумаги… – проговорил князь. – Вы не спросили, что именно в них?

– Нет, но я приложу все усилия, чтобы по назначению они не попали.

– Вам точно не требуется помощь? – осведомился Ираклий.

– У нас в заводской охране есть несколько очень крепких ребят, знающих свое дело даже получше, чем жандармские арестные команды – не в обиду вашему ведомству будет сказано.

Герман в ответ покачал головой.

– Слишком рискованно, – ответил он. – Чем больше группа, тем больше опасность, что нас заметят. А кроме того, раз уж у этих людей есть глаза и уши среди жандармов, то и вашем отряде они тоже могут быть. Вон, они даже вашего компаньона завербовали, что им стоит и в охрану пробраться?

– Мда, рискованно, – проговорил князь, прикусив ус и раздумывая.

– Но еще рискованнее соваться туда одному. Вы в самом деле уверены, что подмога вам не потребуется?

– Вы мне лучше помогите советом. Расскажите, кто такой этот Тенеткач, и чего можно от него ожидать.

– Чего угодно, – произнес Ираклий, поморщившись.

– Боюсь, что да, – подтвердил князь со вздохом. – К сожалению, мне о нем ничего достоверно неизвестно, да и вряд ли найдется хоть кто-то, кто знает в точности. Разговоры о Тенеткаче велись на Кавказе, сколько я себя помню, но раньше это были просто байки, в которые я не склонен был верить.

Знаете, как это обычно бывает: некий могучий неуловимый преступник, которому молва приписывает все на свете, от дерзкого ограбления банка до взрыва на железной дороге. Одни его боятся, другие, напротив, сочувствуют. При этом, никаких объективных свидетельств, что все приписываемые ему подвиги действительно связаны между собой, не существует. Все в тумане, все в тени, все на уровне сплетен и домыслов. Потому-то его и называют Тенеткачом.

– То есть, вы хотите сказать, что его, скорее, всего, вовсе нет?

– Нет, не хочу, – произнес князь с какой-то такой интонацией, что Герман невольно почувствовал, как по коже распространяется холодок. – В последнее время появляется все больше свидетельств, что он, все-таки, есть. Я ведь, сами понимаете, знаю в здешних местах едва ли не всех промышленников. И вижу, что время от времени к некоторым из них приходят.