Проклятое правое дело

А злость, как известно, враг вниманию.

Седрик попробовал провести контратаку, но противник играючи ушел от его ударов. Легкость, с которой он двигался, все больше раздражала юношу. А Иоганн оставался внимательным и собранным. Предварительно выбросив отвлекающий левый хук, он снова прошел защиту раскрывшегося Седрика прямым ударом в лицо. В этот раз удар оказался сильнее и перед глазами Седрика на мгновение вспыхнула другая картинка: холодное подземелье, ползущие по стенам трещины, бегущие безликие.

Но он быстро пришел в себя и закрылся в глухой обороне. Победить честно не выходило. Намеренно проиграть – не представлялось возможном. Казалось, Иоганн специально бил вполсилы, чтобы у Седрика не было повода упасть раньше времени.

«Эмподио!»

Седрик подвигался, замаскировав необходимые для заклятия пассы под разминку затекших рук. Перед его лицом возникла невидимая преграда. Юноша не стал создавать полноценный щит, ограничившись лишь областью головы, ведь каждая секунда действия заклятия высасывала из него драгоценную энергию.

Чем меньше была преграда, тем меньше ресурсов она пожирала.

Изобразив ярость (не пришлось даже сильно стараться) он пошел на Иоганна, намеренно открыв лицо для удара. Противник усмехнулся и, видимо, решив покончить с этим балаганом, сильно вложился в очередной прямой выпад. Столкнувшись с несокрушимой магической преградой, рука Иоганна хрустнула, а сам он взвыл от боли.

— Магнус вис! — негромко бросил Седрик в ту же секунду и, пока враг не опомнился, нанес точный удар в его открывшеюся челюсть.

Иоганн обмяк, его руки опустились вдоль тела, после чего он рухнул на колени, а потом и навзничь, в траву. Трибуны застыли в тишине, никто не понял, что произошло, но все видели, что фаворит повержен, а Седрик стоит на ногах.

— ДА-А-А! — закричал в толпе какой-то мальчишка, подняв руку вверх и подпрыгнув.

— ДА-А-А-А-А! — поддержала его толпа, мгновенно сменившая свое настроение. Теперь Седрику аплодировали.

В «королевской ложе» чернокожий мужчина с удивительно яркими голубыми глазами подозвал к себе помощника и что прокричал ему на ухо, указывая в сторону арены.

Едва выйдя за пределы круга, Седрик наткнулся на Фостера. У того бегали глаза.

— Что вы наделали, мистер?!

— Вышел во второй круг, как мы и договаривались. Оплату принес?

— Оплата теперь последние, а чем вам стоит думать!

— Принес или нет?

Фостер передал Седрику увесистый мешочек.