Матабар

- Может это значит, что он мастер собирать мед? - прозвучал грузный, густой, ленивый голос.

- Гута, какой мед! - ответил ему свистящий, чуть рычащий голос. - Вам лишь бы лапу сосать, да о меде думать! Шериф — это совсем другое. Шериф это… не знаю. Я слышала от волков, что иногда к ним в угодья приходят двуногие с дурно пахнущими, гремящими палками. И тогда льется кровь не добычи, а охотников.

- М-м-м, - протянул первый голос. - Мы не сосем лапу, Шали.

- Спящие Духи! Это все, что ты услышал из моей речи?!

Арди чуть улыбнулся.

Гута и Шали порой часами могли вот так забавно пререкаться. А всего один единственный раз, когда мальчик позволил себе подобное с мамой, то получил тряпкой чуть пониже спины. Несильно, конечно, но урок был усвоен.

- Ой, да что вы оба понимаете! - пискнул третий голос. Голос, обычно не сулящий ничего хорошего. - Шерифами называют тех, кто у двуногих приходит за слишком послушными детенышами! Они забирают их в такое место, где всем одинаково состригают шерсть на голове, заставляют носить странные листья на своем теле, а еще дают в руки эти самые палки и отправляют драться против других двуногих!

- Скасти, хватит врать! Ты смотри - Гута уже боится!

- Этот медведь боится вообще всего!

- Если бы ты его пореже пугал, то он, может быть, не так сильно и боялся!

- Ха! - засмеялся писклявый голосок.

- Если я не буду его пугать, то как же он справиться со своим страхом?

- Я тебя ударю, - прогудел густой бас.

- Вот о чем я и говорю, Гута! Чтобы я тебя пугал? Да ни в жизнь! Не было такого никогда! Шали все врет!

Арди слегка прыснул.

Скасти был хитер, смешон, но очень труслив.

- А почему забирают только послушных? - спросил мальчик.

- Потому что ни один непослушный детеныш не согласиться на такие изуверства! - резко воскликнул Скасти, после чего понизил голос и добавил. - Так что, Арди, прости, но, кажется, больше у тебя не получится поучится у меня мудрости. Скоро придет твое время стричь шерсть на голове! А у тебя и так её почти и нет, бедолага.

Арди не хотел стричь никакой шерсти! А еще…

- А как же мама… и дедушка, и папа?

- Я…

- Не слушай его, Арди, - перебил свистящий голос.

- Да, верно, Шали, - добавил бас. - не слушай ты эту белку, Ард.

- Вот так всегда! - фыркнул Скасти. - Все только и говорят - не слушай Скасти, не делай, как говорит Скасти, а потом мы все оказываемся в жо…

Скрипнула половица.

Та самая, что около входной двери. Её каждый раз пытались починить и отец, и мама, и даже дедушка.