Книга 1 Род Верд

По широкой тропинке проследовали за особняк Рода и вышли к небольшой берёзовой рощице. В роще уже было много народу. В основном уважаемые жители,мастера, мастерицы, но и простого люда хватало. В центре рощицы стоял деревянный помост, обложенный связками хвороста. На помосте, на возвышениях, лежали два тела, укрытые саванами. Мы подошли почти вплотную.

– Руслан, поднимемся, – голос Егора был хриплым, неживым. Всё время, пока шли, я слышал, как скрепят его зубы. Мы вдвоем поднялись по деревянному трапу. Подошли к телу справа.

Я приподнял саван. Лэрд Владимир. Лицо уже припухло, посинело. Вместо правого глаза страшная рана. Арбалетный болт с наложенным заклятьем; в ближнем бою с дядей не справились бы никто.

– Прощай, отец! Ты был достойным мужем, отцом и Лэрдом. Мы помним тебя! – голос Егора разнёсся над рощей.

– Мы помним тебя! – поддержал я ритуальные слова, и уже тише добавил: – Прощай, дядя. Ты был мне как отец.

Два шага влево. Приподнимаю саван. Фёдор. Лицо спокойное, умиротворённое.

Ему болт попал в горло.Моё сердце словно в тиски зажало, из груди стал подниматься глухой рык.

– Прощай, брат! Ты был достойным воином, верным другом, хорошим сыном. Мы помним тебя! – вновь прозвучали прощальные слова. А мне хотелось взвыть. С огромным трудом смог повторить то, что следовало:

– Мы помним тебя! Прощай, брат. – Опустил саван на лицо, и на деревянных, негнущихся ногах зашагал с Егором по трапу вниз. Отошли на несколько шагов и повернулись лицом к помосту. На лице брата играли желваки, он еле сдерживался, чтоб не зарычать зверем.

С трудом он пересилил рвущуюся наружу боль.

– Пусть огонь примет ваши тела, а души примет Мать Прародительница! Мы помним вас!

Подошедший служитель Великой протянул нам с братом по горящему факелу. Мы приняли их и подошли к связкам хвороста. Сухой, он загорелся мгновенно, и пришлось отойти на несколько саженей. Пламя поднялось вверх, поглотив помост полностью. Жар стал настолько сильным, что пришлось укрыться за деревьями.

– Брат, ты не спрашиваешь, почему тела Лэраиссы Алины не было на погребальном костре, – Егор обратился ко мне неожиданно, всё моё внимание было поглощено пламенем. – Я принял решение. Она не достойна имени Рода. Она предала нас.

– Я знаю, брат. Я принимаю твоё решение. Ты поступил верно. – Я говорил, а в горле стоял тугой ком. –

Тётушка погибла, Мать Прародительница наказала её. Но главный виновник ещё жив.

– Ненадолго, Руслан, ненадолго.