Рассвет Четвёртый. Часть 1

Только Красный статтер имел право прийти на приём к императору в рабочей броне.

- Встань, мой друг.

Закованная в тяжёлую сегментированную броню фигура медленно поднялась. По лицу статтера мазнул свет, и его знакомые черты вызвали у Сэтиса приятную ностальгию.

- Я очень ценю твою готовность вновь заступить на пост статтера Красных Доспехов.

- Я знаю, зачем вы послали за мной, Ваше Высокородие.

- Не сомневаюсь.

Император оглянулся на город за спиной и кивнул сам себе.

- В Цитадели, должно быть, сегодня знаменательный день, не так ли? Волчата уже примеряют броню? – с лёгкой улыбкой произнёс Сэтис.

- Взводы готовы. Мы ждём ваших приказов, Ваше Высокородие.

- Прекрасно.

Император неспешно подошёл к волчеку в алой броне, и Красный Доспех склонил голову. Улыбка пропала с лица Императора, уступив место жёсткому и презрительному выражению.

- Эта игра слишком затянулась. Пора заканчивать партию. Любой ценой уберите Палача из расклада. Уничтожьте, разорвите его на части - мне всё равно, как вы это сделаете.

- Будет исполнено, Ваше Высокородие, - кивнул волчек.

- Можешь идти.

Доспех низко поклонился и пошёл к двери.

- Ах, да... - При звуках голоса императора волчек замер. – Учти, это твой последний шанс реабилитироваться передо мной. Больше неудач я не потерплю, и ты, если не хочешь кончить как мой блаженный брат, приложишь все усилия, чтобы выполнить этот приказ.

Статтер ответил:

- Ваше Высокородие, я не подведу вас.

- Смею на это надеяться, статтер.

Глава 13

Отчитывал меня Расто (Дракон просто ещё не вернулся), спокойно, но очень неприятно; ему поддакивал Марк, Кларист же укоризненно глядел мне в глаза поверх книжки. Честно говоря, я не думал, что моё долгое отсутствие окажется настолько заметным.

А переполошил всех Дейк, который, позвонив днём на коммуникатор ситрека во внезапном порыве «отцовских» чувств, решил удостовериться, что я-таки нормально дошёл до дома.

Об убитых в трущобах волчеков никто и слышать не хотел; Марк и Антэр отмахнулись и засобирались в город по каким-то ночным делам, да и Дерек не стремился хоть как-то заступаться за меня.

Я вспылил и, выходя из общей комнаты, громко хлопнул дверью. Потом, уже в своей комнате, полночи я на себе испытывал мучительный переходный процесс от состояния «все вокруг sahraenes» и до «сам виноват». Но усталость всё-таки заставила меня погрузиться в сон, и я проспал аж до обеда.