Кредо Хамелеона 3

Дым валил со стороны основного въезда в поместье. Это я понял, когда еще только приближался к ограде.

Готовясь к самому худшему, я обогнул здание особняка, вынырнул из-за угла и… замер увидев стоящего прямо посреди небольшой лужайки дядю Гришу.

Он был одет в трофейный камуфляж. На ткани бронежилета были видны рваные отметины от пуль. В опущенных руках болтался автомат. От локтя, по запястью ветерана имперских войск, стекала ручейком кровь, капая на цевье и примятую траву газона.

– Что случилось? – подбежал я к нему.

Григорий Алексеевич молчал.

Я огляделся, выясняя обстановку, и только сейчас заметил лежащие на лужайке несколько изуродованных тел.

На каждом из них были глубокие рваные раны. Такие, будто их порвала тварь с Изнанки, оставив свои отметины.

Черт, значит все-таки прорыв.

Но потом я заметил источник густого дыма, который и привлек мое внимание, когда я вышел из портала на болотах.

Горел большой бронированный внедорожник. Похоже, он перенес какой-то чудовищный удар.

Капот его был смят. Одна дверь висела, вывороченная, лишь на одной петле. Вторая и вовсе лежала на земле в нескольких метрах от кузова.

Сквозь треснувшее лобовое стекло было видно экипаж машины. Никто из них не успел выбраться и не выжил. Не выбрался из объятого пламенем автомобиля и сгорел заживо.

За внедорожником я увидел микроавтобус. Такой же покореженный и обгоревший после дыма. Часть бойцов из него успела выскочить. В отличие от остальных, что сгорели внутри салона, эти валялись изрешеченные пулями.

Не помогли им ни бронежилеты, ни каски. Я присвистнул, глядя на пробитую насквозь броню одного из нападавших.

К моему облегчению я понял, что горели именно два этих транспортных средства.

На территории особняка возгораний не было. Значит за жизнь и здоровье домочадцев и той немногочисленной пока прислуги, что успел нанять дядя Гриша, треаожиться не стоит.

Но, все же…

– Так, что-то я совсем запутался, – обратился я к дядьке. – Что здесь происходит?

Дядя Гриша оторвал взгляд от какой-то точки на линии горизонта, на которую смотрел до этого не сводя глаз несколько минут.

На его лице появилась растерянная улыбка.

– Кажется с нами начали войну родов.

– Что? – удивился я такой новости. – Кто?

– Моховы, – старик кивнул на герб на покосившейся двери внедорожника.

Точно такие же гербы были и на шевронах бойцов.

– А мы что, с ними враждовали?

– Да нет. Они наши соседи. Их родовое поместье по ту сторону болот.