Великий и Ужасный-6

- Дядя Клава, ты живёшь в счастливом неведении! Примерно для сто пятьдесят миллионов жителей нашего богохранимого отечества и за год не зарабатывают столько, сколько берет какой-нибудь весьма посредственный маг-целитель за свои услуги по единовременному лечению ларингита. Потому - пьют гоголь-моголь, те, кто позажиточней - антибиотики, а бизнесмены и начальники средней руки уже могут позволить себе и что-нибудь алхимическое, какие-нибудь вот такие вот зелья. У кого есть доступ в сервитуты, к тамошним аптекам, конечно.

- Это вы о земских-то беспокоитесь, получается? - лицо Клавдия выражало столько брезгливости и презрения, что мне снова захотелось врезать ему как следует. - Серая масса. Тупое стадо ни на что не способное, кроме как жрать, пить и воспроизводить себе подобных. Единицы из них осмеливаются изменить свою жизнь, выйти за рамки зоны комфорта, рискнуть, раздвинуть границы реальности...

- Меня всегда бесило... - сказала вдруг Селезнева, появляясь из-под навеса. - Всегда бесило, когда какие-нибудь мажоры из папенькиной юридики, расположенной на субтропическом побережье, советуют работягам, например, из Орска выйти из зоны комфорта.

Наверное, в ней проснулось коммунистическое прошлое. С другой стороны - я ее прекрасно понимал, а у меня коммунистического прошлого не было, я позже родился.

- Алиса! - лицо Ермолова моментально изменилось. - Алиса, ну что ты такое говоришь, ну я ведь не это имел в виду...

И он погарцевал к ней, так шибко, что аж плот затрясся.

- Так-то аккуратнее надо,- посоветовал Хурджин.

Вот кого абсолютно не напрягал чемпионат по синхронному плаванию, который устроили сирены! Он сидел у кормового весла, поджав ноги, по своему обыкновению, по-турецки, и редко-редко бил в бубен:

- ТАМ!.. - и спустя минуту-другую снова: - ТАМ!

Мне казалось, что он слушает эхо, определяет расстояние до берегов, скрытых в хтонической хмари. Хурджин вообще - золото, ему бы темперамент поэнергичнее, и вышел бы из него прекрасный наследник и заместитель всея Орды...

- Это чего это ты о наследниках задумался, чудовище моё ненаглядное? - Эсси оставила свои упражнения по прицеливанию, красиво изогнувшись встала, подошла ко мне и погладила по голове.

- Ого! - я уставился на неё с некоторым недоверием. - Ну, а тот факт что я этот, как его... Лигр! Это разве...

- Ну, во-первых ты чёрный урук, - сказала она, придирчиво разглядывая меня с ног до головы. - От уруков всегда рождаются уруки.