Акедия: Первый шаг. Том I.

Терять, получать, верить, ненавидеть, завидовать, жалеть, кричать от боли и от радости… Это был мой путь, и я просто не мог себе позволить сказать, что он неправилен. Это было бы неуважение не только к себе, но и к тем, кто помогал мне идти вперёд… Пусть и всего пятнадцать лет.

Я обратился в поток воздуха и, примерно определив направление, в котором ушла троица воинов, взмыл в воздух. 

Они стали моими врагами, а это значит, что жить им я не позволю.

◆ ◇ ◆ ◇ ◆

- Как оно? – Спросил Гертрих, утерев чуть влажные губы рукавом и закупорив наполовину пустую флягу.

– Есть надежда?

- Надежда… всегда есть, да… - Пробормотал Дарт, закончив наносит последнюю руну на небольшую стальную пластину радиусом в пять-шесть сантиметров. Этот предмет являлся заготовкой для запечатывающего души талисмана, который мало того, что было необходимо напитать маной, так ещё и наложенный контур был не полностью завершен. И сейчас Дарт, этот неопрятный, грубый наёмник, который, как считали его спутники, даже писать не умел, пытался привести артефакт в работоспособное состояние.

 

- И всё-таки это должны делать маги, а не… - Гертрих замолчал на секунду. - … наёмники. Оно ведь точно не взорвётся, если что не так пойдёт?

- Да даже если и взорвётся, то плохо станет не нам, а этой ублюдошной твари. Это если она за нами придёт, конечно. – Дарт говорил медленно, одновременно разминая затёкшие мышцы. Наконец, удовлетворившись достигнутым результатом, он опять сел на валун и сжал в одной руке пластину, которую было необходимо напитать силой, а в другой кисть, которой наносились сами руны.

– Ладно, не мешай. Лучше подготовься – через пять минут мне нужна будет вся мана, какая у нас есть.

- Тогда я Мелио предупрежу. Совсем расклеился, дурак молодой... – Последнюю фразу Гертрих прошептал едва слышимо, но острый слух наёмника не сплоховал и здесь. Дарт хмыкнул, дважды коснулся кистью нанесенных не им самим рун, после чего отбросил ненужный инструмент в сторону, ухватившись за диск обеими руками.

Краска, обычно используемая для нанесения на стены и деревья направляющих знаков уже высохла, что не могло не радовать невольного художника. 

- Ну, приступим, мать его так… - Наёмник положил диск на колени и вытащил из-за пояса не слишком большой, предназначенный скорее для работы, чем для боя нож. Секунда – и на диск полилась тонкая струйка крови... Но на колени мужчины не стекло ни единой капли.