Сюзерен

- Это, наверное, бабушка с дедушкой. Пойду, помогу, а вы отдыхайте, – с этими словами Авелия покинула комнату. Я остался наедине с Ранкой. Она выглядела немного опечаленной. 

- А ты знаешь, что такое любовь?- с полным равнодушием, спросил Я девушку, которая несколько минут назад в порыве непонятных эмоций прижала Меня к себе. 

- Так. Мы в крайне необычной ситуации, думаю, ты это понимаешь. Эти люди спасли Меня лишь потому, что не знают, кто Я, Поэтому пока мы не поймем, что произошло нужно вести себя как обычные путешественники, с которыми случилось несчастье.

Вот твоё задание: отправляйся в ту деревню и раздобудь там карту, она нам понадобится. По моему поводу не беспокойся, всё будет хорошо.

По ней сразу было видно, что оставлять Меня Ранка не хотела, но приказ есть приказ, так что она отдала честь и отправилась в путь. Что до Меня… придётся подождать, когда раны пройдут и хорошенько разобраться в происходящем.

«Задние мысли, с которыми ты впускаешь в себя зло, — это не твои мысли, а зла»

- Франц Кафка

С того момента как Я и Ранка попали в неизвестные земли прошло 3 дня.

Всё это время Я зализывал раны. Ранка раздобыла карту, которая пригодится нам, чтобы вернуться и лечебную мазь. С ней раны намного быстрее затянулись и Я, наконец, встал, чтобы пройтись. Я прошёл в маленькое помещенье, которое являлось подобием кухни. Большой прямоугольный стол из  старого уже потрескавшегося дуба занимал много места почти не оставляя его для готовки. А огромная почерневшая от сажи печь, скорей всего занимала вообще полдома. За столом сидела Авила, дед Булат и Вела. Ранка была на охоте. Седовласый старик, с охрипшим из-за времени и прошлого работы глашатаем голосом, сидел и помешивал деревянной ложкой похлебку, в которой не было ни кусочка мяса. И это ему очень не нравилось.

Все присутствующие обратили на Меня внимание. Авила подбежала и хотела помочь дойти, но Я резким и агрессивным взглядом дал ясно понять, что помощь не нужна. Я сел за стол.

- О, наконец-то ты вышел, полегчало?- попробовал начать разговор старик, всё также помешивая похлёбку.

-Да, немного,- ответил Я протягивая руку к чуть чёрствому хлебу. Да… не к такой жизни Я привык, но хочешь жить.… И эти люди позволили нам остаться у них, хотя совсем нас не знают. Но думаю, если бы знали, то не сделали бы этого. Люди всего лишь насекомые, впрочем, как и другие расы, но пока они нужны, придётся считаться с ними. 

Хлеб был твёрдый и не вкусный. Ему уже неделя или больше.