Дождливый лес

Он остановился перед королем, поклонился и вопросительно посмотрел на него. Король, наконец отвлёкся от жены и величественно кивнул.

Черт возьми, почему он не захотел меня выслушать? Меня, своего вассала, который с детства хотел совершить подвиг в его честь?!

А тем временем герольд, получив одобрение короля, поднял правую руку вверх, послышался звук трубы. Герольд, поклонившись, ускакал, освобождая ристалище для первого поединка.

С двух концов ристалища в сторону помоста побежали десять арбалетчиков, по пять с каждой стороны.

Добежав до центра помоста, они поклонились королю, одновременно зарядили арбалеты и повернулись к нему спиной, готовые отразить любое нападение.

Я посмотрел на короля — у него был озадаченный вид, похоже, он не понимал откуда взялись эти бойцы. Он сделал знак рукой, и к нему наклонился один из рыцарей охраны.

Вновь заиграла труба, арбалетчики слаженным строем развернулись и тут же сделали почти синхронный залп. Рыцари королевского охранения, расстрелянные болтами, роняя копья, попадали на помост.

Все случилось за считанные секунды, никто даже не понял, что произошло, ведь все ждали первого поединка!

Секунду длилась тишина, потом послышался пронзительный женский крик: королева вскочила со своего кресла и попыталась убежать. Король, не вставая, схватил ее за руку и силой заставил опуститься в кресло.

С обоих концов площади, галопом, с копьями на перевес, на изменников бросились несколько рыцарей, те их встретили залпом арбалетных болтов. Только двое добрались невредимыми до врага и на полном скаку врезались в цепь арбалетчиков.

Возможно, им бы и удалось победить в этой неравной схватке и спасти короля, совершив наивысший рыцарский подвиг. Но доблесть всегда проиграет предательству — их атаковали сзади несколько рыцарей в черных доспехах, и через несколько минут они оба лежали на земле в луже собственной крови.

— Никому не расходиться! — прокричал один из черных рыцарей, проскакав галопом вдоль площади. — Под страхом смертной казни всем оставаться на своих местах!

Поднялся возмущенный гул, но с площади никто не уходил.

И совсем не из-за страха казни. Сюда пришли на представление, и оно оказалось намного интереснее, чем все ожидали!

На ристалище выбежали оруженосцы, стали выносить погибших рыцарей и ловить их лошадей. Несколько арбалетчиков уцелели и пытались отползти от помоста самостоятельно, других выносили слуги в красно-желтых ливреях.

К королю направился один из рыцарей в черных доспехах и, приблизившись, снял шлем.