Алекс Бринер. Последний ранг. Том 1

— У нас сегодня новое меню, выпечка со свежими ягодами. Особенно хорошо принимать такую пищу под музыку Чайковского. Обожаю Чайковского. Включаю его, когда делаю песочное тесто. А вчера, кстати, посещал филармонию. Это было патетично! Если хотите, могу включить вам шестую Симфонию си минор, господин. Думаю, никто здесь не будет против. Это лучше, чем смотреть новости.

Он указал взглядом на экран под потолком, ну а я опять прокашлялся.

Вот тебе и Симфония си минор...

Голем демонстрировал мне свой искусственный магический интеллект во всей красе.

Обожает какого-то Чайковского, ходит в филармонию... Да он эстет! Ещё и тесто делает под классическую музыку. И не простое, а песочное.

Правда, теперь ни один кекс из этой пекарни мне в глотку не полезет.

Даже малиновый.

Я покосился на посетителей за столиками. Они с удовольствием поедали десерты, и их не смущало, что эти десерты готовил мертвяк-пекарь-меломан. Видимо, именно для таких големов и требовали избирательные права вместе с частной собственностью.

Получив от пекаря меню, я еле перевёл взгляд от мёртвой рожи Мефодия, посмотрев наконец на список блюд.

И, конечно, сразу убедился, что там нет малинового кекса.

— Кофе со сливками, без сахара, — попросил я, отдавая меню обратно в руки (мёртвые руки!) голема.

Тот черкнул в блокноте, немного неуклюже, не совсем по-человечески, и уже собрался уйти, но я добавил:

— И малиновый кекс, будьте добры.

Он бросил на меня быстрый и заинтересованный взгляд. Очень проницательный взгляд.

И если бы не сшитая кожа на его лице, то я бы ни за что не поверил, что это голем-мертвяк, некромантское отродье, с которыми мне приходилось когда-то драться в предгорье Хибин до седьмого пота.

А теперь, через сто лет, такой вот голем запросто печёт кексы и слушает Чайковского. Что же искусственный интеллект делает с... големами?..

— Малиновый, я не ослышался, господин? — переспросил он.

— Не ослышались.

— О, что ж. — Мефодий расплылся в улыбке. Такой широкой, что, казалось, шов на его сером лице вот-вот треснет.

— Конечно, господин. Малиновый кекс скоро будет. А что насчёт Симфонии си минор? Не желаете?

— Нет, спасибо, — отказался я, желая только одного: чтобы мертвяк отошёл подальше.

Странно, что на нём не было трупных пятен и ничем не пахло. Разве что выпечкой.

Судя по всему, за сто лет технологии некромантии ушли далеко вперёд. Да уж, давненько я не ощущал себя таким старым...

***

Ждать мне пришлось недолго.

Уже через минуту передо мной поставили чашку кофе.