Алекс Бринер. Последний ранг. Том 1

Стены, увитые нитями, сдвигались с грохотом и гулом, нити скрепляли всё в единое целое. Червоточина закрывалась...

— Уходим! Шевелись! — Я убрал эктоплазму с кинжала и быстро сунул его в ножны, схватил Виринею за руку и рванул наверх, к краю ямы.

Прямо на ходу я вышел из состояния призрака и теперь мог не беспокоиться, что кто-то увидит меня сидархом.

— Погоди! — Девушка кинулась к сумке с оружием своих товарищей из Ордена и взяла оттуда только топор.

Затем снова взяла меня за руку. Причем настолько крепко, что я удивился.

Теперь эта мрачная стерва была готова доверить мне свою жизнь целиком и полностью. Она ничего не спрашивала, не перечила и не язвила. Она выполняла всё, что я ей говорил.

Сказал: держись за меня — она держалась.

Сказал: цепляйся за выступы — она цеплялась.

Сказал: убери от моего лица свой некромантский топор — она убирала.

Так мы и карабкались наверх, пока не добрались до перекрытого выхода.

Зеркальная перегородка-крышка, что не давала выбраться из ямы, сейчас дрожала.

Её пластины блестели и текли, будто начали плавиться.

Прижимая девушку к себе одной рукой, я стоял на каменном выступе, на отвесной стене и ждал единственного момента, чтобы выбраться. Под нами продолжала схлопываться червоточина. Всё тряслось, сыпалось и дрожало, пахло пылью, снизу несло холодом.

— Алекс... — почти беззвучно прошептала Виринея, касаясь холодными губами моего уха и крепко цепляясь за меня. — Ты закрыл червоточину... я не знаю, что именно ты там видел, но ты первый, кто смог закрыть её.

.. это значит, что ты... — она выдохнула мне в ухо: — ...избранный. Феофан был прав.

Она даже перед смертью думала про своего Феофана, сектантка хренова.

Задрав голову, я продолжал внимательно наблюдать за перегородкой.

Та мутнела и покрывалась мелкими трещинами.

— Если выживем, то допроса нам не избежать, — быстро предупредил я. — Говори, что ты дала мне радонит. У тебя оставалось три штуки в кармане фартука, ты все их отдала мне.

И ты не знала, что я нарушаю предписание суда, употребляя радонит. Ты вообще впервые меня видела и не знала, что я Бринер, пока я не представился. Потом ты увидела, что я становлюсь полупрозрачным и что сам от этого в шоке. Всё остальное можешь рассказывать как есть. Поняла?

Она перевела дыхание и крепче ко мне прижалась.

— Хорошо. Я умею правдоподобно врать.

— Это у вас семейное, — прошептал я.

Виринея не услышала мой едкий комментарий.