Хуже Дьявола. Книга 2

Старик не попытался защитить племянника, он на него даже не взглянул, и ничего не сказал. Его руки крепко сжимали поручни ложи, лицо побледнело, взгляд, направленный на меня, был каким-то отсутствующим, будто бы он смотрел куда-то сквозь моё тело.

И причину такого его поведения я прекрасно знал. Её, как и способ обобрать клан Райго до нитки, мне сообщил четвёртый принц.

Задолго до рождения Арсиана и даже до рождения его отца, когда Дигол был молод и ещё не стал главой клана Райго, он был заядлым игроманом. В разного рода игорных заведениях он просаживал всё, что получал от отца, влезал в страшные долги, отыгрывался на целые состояния, а потом снова всё терял.

В этом мире, не в последнюю очередь из-за влияния демонов, отношение к разного рода пагубным пристрастиям было в целом куда более либеральным, чем я помнил по своей первой жизни.

На полном серьёзе считалось, что взрослые люди могли сами решать, каким образом разрушать себя и свою жизнь. Пока это не вредило благосостоянию страны в целом, никому не было дела до каких-то частных трагедий.

Вот только Дигол должен был стать главой клана, самым важным человеком в семье, распоряжающимся, фактически, всеми ресурсами и активами. Его отец, тогдашний лидер Райго, не мог этого допустить. Позволить игроману встать во главе семьи значило почти наверняка эту семью разрушить.

Так что Дигола очень долго от игромании отучивали всеми возможными способами: уговорами, угрозами, лишением содержания, инсценированными проигрышами и прочим.

И очень долгое время ничего не помогало, пока, немного банальный поворот, Дигол не встретил свою будущую жену.

В девушку он влюбился без памяти, и вскоре после того так как она ему сходу заявила, что не станет знаться с игроманом, он действительно завязал.

Более сорока лет прошло мирно, Дигол неплохо справлялся с должностью главы, а потом передал пост своему сыну. А четыре года назад, его драгоценная жена умерла.

Старику уже не было особого резона вновь вспоминать зависимость, которую он оставил где-то в молодости.

В любом случае той бури эмоций, что могло испытать юное тело, в почти семьдесят лет ожидать не стоило.

Тем не менее, не бывает бывших наркоманов. И, предложив ставку в двадцать пять миллионов секвинов Диголу, я, разумеется, зацепил его, и неслабо. При этом жены, удерживавшей его от возвращения к зависимости, уже не было в живых.

Я будто поставил перед заядлым алкоголиком, бывшим закодированным много лет и только недавно расшившимся, целую ванну с элитным виски.