Попали

Так как были изрядно выпачканы в саже крови и просто в земле.

-Я тут гляжу, в замке одни мужики что ли, кроме Мелкой и той старухи что суп варила?

Спросил потягиваясь Лом.

-Не ещё одна тетка есть лет сорока примерно, она ща помогает Малышке волосы расчёсывать и одеваться к празднику. Я как понял, они хотят победу отметить, организовав небольшой собантуйчик.

-Да я уж заметил, они же туда в храм всё натащили на столы. Меня они и разбудили, а так бы я ещё поспал минут триста.

И заразительно зевнул на вывих челюсти.

-Да ладно тебе щемать, харэ уже! Надо с местными отношения налаживать! Тебе не кажется, что то, что они твою победу над их бывшим начальником воспринимают как свою, это есть очень даже хорошо?! Так что не надо плевать народу в душу. Хотят выпить и потанцевать, пусть, от нас не убудет. Я тут думаю ещё организовать раздачу той мелочёвки, что с убитых тобой вражин удалось собрать. Сразу я им ничего прикарманить не дал, но и нам эта хрень нахрен не сдалась. В самый раз отдать, для закрепления авторитета.

-Так чего не отдал тогда? Сразу пусть и забирали бы.

-Не, если бы они сразу забрали, то мы тут ни причём как бы, типа это они такие шустрые что смогли хабар зажать. А вот если потом раздать, то это уже от нашей милости их ставит в зависимость. Главное так всё правильно организовать только, что бы о нас нужное мнение создалось. Что мы с тобой ценим этот хлам, но людей ценим ещё больше, поэтому и раздаём. А не что мы лохи, которые ценности вещам не знают и которых можно 'доить'.

-Ясно, Макиавелли ты доморощенный. Пошли что ли тогда во внутрь.

Расположились за коротким торцевым столом, за спиной у них оказался бюст козлобородого местного 'авторитета'.

А там стали и 'крестьяне' подтягиваться. Боязливо входя в помещение кланяясь на пороге в их сторону.

Серый замахал рукой подзывая к себе забежавшую в помещение уже принарядившуюся девчонку.

Ботинки на толстой подошве прибавили ей росту и вкупе с высокой сложной причёской в которую были уложены её светлые волосы это делало её как бы взрослее.

Давешнее уродливое платье в оранжевый горошек она опоясала выданным ей одновременно с ним платком с матрёшками подвернув тот на манер кушака. Шею её плотно облегали простые белые бусики в три нитки. Отчего та казалась длиннее.

Забежав с улицы на всём ходу она слегка притормозила, а заметив что её подзывает Серый, двинулась к нему неспешной грациозной походкой. Умудряясь в тяжёлых ботинках двигаться словно на ней надеты лёгкие босоножки.