Адский повар. Книга 7

Будь я обычным человеком, то я бы ставил на Святогора, но мне известно больше. Намного больше.

– Начали! – скомандовал я, и Пряня в буквальном смысле взлетел.

Такого я от него ещё не видел. Казалось, что пряник действительно научился летать. Да и последний раз я видел его сражения давно. По всей видимости, Пряня в моё отсутствие стал больше ходить в пряничную качалку. А я и не против. Всегда интересно посмотреть на то, как сражаются и отрабатывают новые навыки другие. И я не был исключением. Насколько же стал силён Пряня? Не терпелось посмотреть.

Даже Святогор растерялся, когда со всего маху в него врезался пряник. Героя откинуло в стену подвала. Даже Сора появилась и покачала головой, намекая, что не нужно разрушать её детище.

Я услышал претензию духа и тоже мысленно дал понять, что мы так больше не будем. Будто нашкодившим мальчишкой был, пусть и жившим до этого много дней.

А Пряня и Святогор уже вошли во вкус. Замешательство героя прошло, уступив место азарту. Так что сражались они на полную, и я мог их оценить.

Выходила ничья. Пряня и Святогор были на одном уровне. Да и то, только потому что Святогор лишь начинал восстанавливать свою силу. Будь Святогор в той же форме, что и прежде, то Пряне было бы куда хуже. И это бы пошатнуло самооценку моего главного пряника.

Хм, пока я мог оставить вошедших в азарт Святогора и Пряню. Сам же пошёл в соседнее помещение, чтобы проверить других спящих красавцев. Они уже должны были прийти в себя.

Я оказался прав. Все уже сидели, каждый на своём месте, и ели разные блюда, которые таскала Сора из кухни моих помощников.

Бывшие заключённые даже радовались такой помощи от духа, немного залипая на её униформу. Она выбрала свой самый откровенный вариант, таким образом решив, что поднимет настроение проснувшихся красавчиков.

Стратегия была верной. Наверное. По крайней мере теперь они зависали не от философских мыслей на тему бытия, а на простое и приземлённое.

Я подходил к ним по одному и рассказывал краткую версию того, что пересказал Святогору.

Каждый заключённый смирился со своей судьбой. Многие были одиноки. Они не имели как возлюбленных, так и семью.

Лишь некоторые говорили про семью, но как-то отстранённо, порвав с ними все связи. Это было мне даже на руку, ведь очень многие могли быть мне полезными в будущем расширении территории.

Ремесленники, кузнецы, юристы, даже работник банка высшего звена имелся. Но не только простые профессии объединяли их, но и тот факт, что они все были героями.