Потапыч: Остров Пряностей

И если бы только они — то служба выходила бы относительно халявной: тот же слон, в конце концов, скорее всего, уязвим из нави. А я, теоретически…

“Сможешь, наверное. Но не советую — начнёшь жрать души, я тебя съем” — сообщила мохнатая задница.

— Во-первых: я горький и колючий, подавишься. Во-вторых: останешься без Потапычей. В-третьих: сам говорил, мне толку от этого нет, — напомнил я охамевшему топтыгину политику партии. — Я про именно “убить”.

“Хр-р-р…” — задумчиво прорычал Потап, обдумывая аргументы.

— “Если просто убить — сможешь. Правда, если зверь — не навь или человечек простой… хр-р-р…” — явно завис медвежатина, прикидывая. — “Может, и получится, не знаю. Этим глупые обжоры занимаются, а я таким никогда не был!” — с гордостью заявил он. — “Сам разбирайся тогда!”

— Вот спасибо…

“Вот пожалуйста! И я — спать!”

Кстати, довольно занятно, что Потапово “я — спать” я стал понимать в деталях только сейчас. “Спать” у мохнатой задницы получалось не в смысле “я отхожу ко сну”, а “я не коммуникабелен, не хочу-не могу-не желаю общаться”.

Довольно занятный выверт, который, как основной образ, передавался именно как сопящий в две дырочки топтыгин.

В общем, если бы мне нужно было только сидеть в Рачительном — я бы даже порадовался. Но предполагается, что я буду в куда-то воевать, расширяя территорию. Надежды на то, что Лидарёныш оставит меня охранять Рачительный, есть. Или что он с горя в запой на три-четыре месяца впадёт — тоже имеются.

Но рассчитывать на них я не собираюсь, так как не прекраснодушный придурок-оптимист. А поскольку я реалист, то стал задавать Роме вопросы именно по джунглям и вообще боевым действиям.

— Очень жарко, очень мокро, Михайло, — аж передёрнулась львица. — Мне ещё ничего, — задрала она нос.

Ну, в принципе, да. Лидари — лев степной, но степи автохтонного обитания степных львов — фактически экваториальные… Хотя хрен знает, есть ли вообще экватор у Зиманды. В общем, в сухих тропиках Зиманды, так что жарища Лидари более-менее терпима.

Вот влажность, видимо, не нравится, почему и передёрнулась.

— Как в бане, — подытожила она. — Только постоянно. Жуки и змеи ядовитые, хищники и навь. Феи…

— Чегось? — немного офигел я от слова, которое было вполне земным.

— Феи, навь такая… — помотала Лидари лапой. — Редко встречаются, но редкостная пакость.

— А как эти феи выглядят, почему пакость, уважаемая?

Слушал я и обтекал.