Орион Реликвий

Черный сальные волосы, видимо, давно не слышали о воде, родинка на груди, вообще, была уродством, а вот худоба…

Раздражала. Нельзя быть таким слабаком, ох нельзя!

Когда я присмотрелся к родинке, которая ею и не была, в дверь начали долбиться. Спустя пару секунд, в ванную ворвались сестры и друг за другом начали пытаться ухватить меня за челюсть.

Легкость в моем теле, помогла мне увернуться от нападок, что одной, что второй. При этом я явно понял, что тело не привыкло к таким резким движениям, так как начал просто путаться в ногах.

— Твою же, — протянул я, отпрыгивая от повторного выпада. — А ну, стоять! Руки вверх и на шаг назад!

Мой рык осадил девушек. Они замерли. Затем за их спинами показалась Маша в компании Матери. С лицами, полными непонимания.

— Костенька, как ты… — протянула мама. — Ты же много лет не ходишь! Как ты встал?!

— Не знаю, — отмахнулся я, понимая, почему все остальные смотрят на меня с раскрытым ртом.

Подобрал с пола простыню, укутал область около таза и, вытягивая перед собой руку, развел сестер в стороны.

***

Свою комнату я изучал несколько часов, заперев дверь на внутренний замок. На все голоса и просьбы выйти, никак не реагировал. Потому что в состоянии аффекта мать, да и все остальные, не способны были отвечать на мои вопросы и только мешали, задавая кучу своих.

А мне необходимо действовать быстро. Ведь я вообще не понимаю, где нахожусь и какие здесь порядки и законы.

Я изучал все, что мне бы помогло немного освоиться, да и в целом, помочь понять, почему я здесь и что это за тело худющее.

Два тяжелых шкафа были заполнены детской, мужской одеждой и постельным бельем. А также всякими медицинскими принадлежностями, которые и в моей старой жизни были. Иглы, таблетки, медицинский спирт и прочая дрянь в том же духе.

Помимо вещей и медикаментов, нашел себе, наконец, одежду по размеру. Приоделся, с удовольствием почувствовал легкое касание тканевой рубашки, которые не носил с начала войны и принялся копаться в столе у изголовья кровати.

Вот там вещи были поинтереснее.

Записные книжки, какие-то мемуары древнего боевого мага, и то, закорючки эти я не мог понять и разобрать. А затем, наткнулся глазами на карту. Она была сложена раз двадцать и, когда я развернул ее, аж присвистнул от масштабов и подробностей.

Не знаю, какому городу она принадлежала, но защитные стены вокруг города меня удивили.