Орион Реликвий

А люди вокруг лишь сочувствующе кивали, молчали и никак не вмешивались в процесс.

В скором времени, демон сдался, когда карлик поднес кинжал к глотке пацана.

— Абдурахмал! — заверещал пацан. — Меня зовут Абдурахмал!

— Тогда, Абдурахмал, — карлик убрал кинжал от горла и направил его на грудь пацана. — Я приказываю тебе вернуться в сосуд, а парня отпустить!

В следующую секунду он погрузил кинжал в область сердца и нас всех ослепила яркая, алая вспышка. После нее Ильич положил кинжал на стол, а парня начал развязывать.

На того было смотреть жалко…

А как он вообще выжил? Карлик же его убил! Кто это выживет от ножа в сердце?

— Теперь, мальчик, — карлик сочувствующе похлопал по спине некогда одержимого. — Ты лишен магии. Больше ты не маг и никогда им не будешь. Ну что, стоило это того?

Парень ничего не ответил. Зарыдал.

— Всем вам, — он обратился к толпе. — Я еще раз показываю, что будет с каждым одержимым. Запомните, — он посмотрел внимательно на меня, как мне показалось.

— Если вы отдаете свое тело демону, вы становитесь целью номер один для меня и подобных мне. Демон не даст вам ту силу, про которую он говорит. Он использует вас как сосуд, чтобы жить. Когда демон покинет ваше тело, а он покинет его, он заберет с собой всю вашу энергию, делая из вас обычного человека. Перед тем как согласится на сделку, подумайте, стоит ли это того? Что вы будете делать, будучи обычным смертным? Лишенным магии?

Толпа ничего не ответила. Покорно опустили головы, глядя на пол под ногами.

— Давай, пацан, — карлик опять по-дружески похлопал юношу. — Удачи в новой жизни.

Парня выпустили, и Владимир Ильич вернулся к столу. Посмотрел на кинжал и потыкал в него пальцем.

— Кинжал стал сильнее, благодаря магии, которую он забрал из юнца. И теперь отправляется в закрытую секцию. Отныне кинжал Красного Сияния — запрещен. Студентам не то, чтобы… запрещается, не рекомендуется касаться его и пробовать заключить контракт. Надеюсь, всем понятно, почему?

Все кивнули, кроме меня.

Карлик сделал акцент на этом.

— С тобой-то все понятно, Бобров.

Вот же ж сволочь! На меня теперь смотрели все! Абсолютно все!

— Студенту не обуздать его энергию, — начал пояснять он. — Он станет одержимым. Вот и сказочке конец, — затем, он резко рявкнул. — Все вышли. Кроме тебя, Бобров!

Он покосился на меня, а затем еще раз рявкнул на остальных.

Глава 12

Владимир Ильич вел себя как-то иначе, нежели остальные.