Детство Безликой. Том первый.

Я легко могла раскусить характер слуг, видя в них простых болванчиков, знала, как думает собственная семья, но понять магистра оказалось сложнее, чем всех их вместе взятых. Я не видела взгляда, интонация не сочеталась с характером, ход его мыслей мне не был известен и ясен… Еще никогда я не чувствовала себя столь… беспомощно перед приезжим человеком.

- Твоя дочь такая же решительная, как и сыновья, Тиер… Но то и неудивительно, вам приходится вертеться на войне еще более жестокой, чем наша. - Годрика, хрипя, рассмеялся, одевая на меня шляпу отца и поднимая козырек так, чтобы видеть мой взгляд.

Его глаз сверкнул кровью и странным сиянием. Красные вены напряглись, та дымка, которую я приняла за слепоту, оказалась чем-то иным… рассеявшимся, чтобы показать мне чёткие очертания его зрачков. - Демоны не завелись, Лизастрия?

- Н-нет, сэр… - Я попыталась отойти, но взгляд магистра оказался сильнее, чем моя воля. Беспомощно застыв перед ним, я чувствовала полное повиновение и бессилие, но я мужественно стояла, не шелохнувшись и не упав, стойко выдерживая странные нападки, пока отец не вышел вперед, кладя руку на плечо и укрывая от взгляда Годрика.

Я почувствовала облегчение, тут же прижимаясь к нему и обнимая, опасливо пряча взгляд от магистра. - Я не одержима… - Еле слышно пробормотав это, я сильнее сжала торс отца, не желая больше выходить вперед и геройствовать. Мне было слишком страшно смотреть на Годрика, чувствовать ту пустоту и отчуждение, что таилось в самом его естестве. Казалось, будто смерть отторгала его, не желая забирать к себе в царство, в тоже время, жизнь уже покидала Годрика, невзирая на то, что его это ни капельки не волновало.

- Прошу, не дави на нее, друг. - Отец протянул магистру руку, которую тот незамедлительно пожал до хруста, который чуть срезал покров тишины, что укрывал эту комнату в моменты, возникающие между словами. Отец даже не поморщился, не встряхнул рукой и не дрогнул, просто убрав ее ближе к себе. - Она не покидала этого места всю жизнь… Когда дети в этом возрасте уже работают или учатся в кругу своих сверстников, ей и без того сложно.

- И чья же это вина? - Хмыкнул Годрик, вскинув голову вверх, он вновь встретил мой интересующийся взгляд, который тут же спрятался, опасаясь повторной проверки. Это позабавило старика, но тот никак не отреагировал. - Отец рассказывал, что ты обожаешь военные байки, хочешь послу…

- Нет, Годрик, ей достаточно. - Резко вступила в разговор мать, одергивая магистра.