Детство Безликой. Том первый.

- Как вы прикажите, мой господин, а тебе удачи, брат. - Некий Гейл похлопал друга по плечу, после чего поковылял в сторону кухонь, где судя по всему, собирался взять выпить. Сессиль улыбнулась отцу, обнимая его и кладя голову на плечо, я встала рядом, немного неуютно ощущая себя возле слуги, который не успел уйти, заметив нас. - Рад видеть вас в здравии, госпожа! - Увидев за собой Сессиль, спохватился Гейл, после чего, взглянув на меня, тоже поклонился. - И вас, юная леди!

- Храни вас Близнецы, госпожа и господин Рихтер! - Так же проскандировал второй мужчина, начиная шагать в сторону.

- Да хранят они ваш славный род!

- Вольно, отправляйтесь на спасение детей, когда мы убедимся что в доме безопасно и выпроводим гостей, то отправим вам на помощь стражу. - Сессиль встала ровно, коротко кивая.

- Есть, госпожа! - Откликнулся мужчина, после чего быстрым шагом двинулся в противоположную от своего друга сторону. Гейл же поплелся по своим делам, хромая на правую ногу и по пути встречая таких же израненных или попросту усталых слуг, что бодро шептались, шагая в одну и туже сторону.

- Ну слава богу… - Отец устало помассировал переносицу. - Думаю, можно начинать церемонию… пусть и не так, как мне хотелось бы. Пора заканчивать этот проклятый богами вечер...

Глава 12

Вместе с отцом, я поднялась на небольшую площадку, где обычно Тиер зачитывал речи для собравшихся, открывая празднество и оканчивая его, призывая собравшихся гостей расходится. Мать осталась стоять около ступеней, ведущих к нам на помост, собрав возле себя подруг, о чем-то общаясь с ними и порой переводя взгляд на меня, кажется, мой подвиг подверг их в смятение, но вот в глазах матери я видела исключительно гордость, что не могло не радовать меня, придав уверенности.

Я старалась казаться как можно более спокойной и статной, не показывать эмоций, следуя правилам, которым Сессиль учила меня всю жизнь. Но на самом деле, я не видела смысла в таком поведении, ведь именно сейчас, был мой триумф, так почему я не могу открыто радоваться и восторгаться этому? Или наоборот, когда мне было страшно, неприятно или злостно, я тоже не имела права выразить недовольство, вынужденная терпеть то, что мне не нравилось. Видимо, здесь был какой-то секрет, который я не знала. Впрочем, подобное поведение всегда радовало мать, поэтому я не сильно противилась этому, приняв тот простой факт, что некоторые вещи просто нужно выполнять, не задумываясь для чего.