Хитрости любви

Дойдя до фонтана, расположенного в самом сердце сада, а значит, достаточно далеко от любопытных ушей, Демиан наконец остановился и повернулся к раскрасневшейся от негодования Зоуи.

– В чем твоя проблема? – прошипел он, с трудом сдерживая клокочущую внутри злость.

– Что? – Она задохнулась от возмущения. – Моя проблема? И это мне говорит человек, который так задирает нос, что, когда он говорит, видно его миндалины!

– Достаточно! – В тихом голосе Демиана появились угрожающие нотки, повергавшие в ужас его ассистенток.

Но Зоуи Сент-Джеймс на него не работала, и ей было глубоко плевать на нюансы его интонаций. Она, похоже, вообще не умела вовремя останавливаться. Демиан не знал, как заставить ее замолчать. Он испробовал все, включая дальнейшие угрозы, требования и попытки не обращать на скандалистку внимания, но она не замолкала.

– Не знаю, что за атипичная муха тебя сегодня укусила, – наконец заявила Зоуи, уперев руки в бока, и Демиан отвел взгляд, стараясь не смотреть, как вздымается в такт учащенному дыханию высокая грудь Зоуи, подчеркнутая облегающим платьем.

 – Может, ты просто завидуешь тому, что у Люка теперь есть Сара, а у тебя нет никого? И не будет, пока ты не слезешь со своего недостижимого пьедестала и не начнешь вести себя как человек из плоти и крови. Ни одна женщина не скажет «да» холодной и бесчувственной мраморной статуе!

О, если бы Зоуи только знала, насколько она ошибается. Вряд ли мраморной статуе были свойственны чувства, которые сейчас клокотали в груди Демиана.

Ничего хладного и мертвого не было в его бешено пульсирующем пульсе и отчаянно бьющемся в грудную клетку сердце. Он хотел закричать, убежать, ударить эту невыносимую истеричку – сделать хоть что-то, чтобы выпустить ураган, бушующий у него внутри. И это желание возрастало с каждым словом, срывающимся с губ Зоуи Сент-Джеймс. Когда она вновь открыла рот, конечно же для того, чтобы выдать очередную оскорбительную тираду, Демиан использовал последнее неиспробованное средство, чтобы заткнуть ее.

Это было глупо. Странно и неадекватно. Но стрессом, разочарованием и адреналином, бурлившим в его крови безумным коктейлем, можно было бы при желании оправдать и более идиотский поступок, чем то, что сделал он: рывком привлек Зоуи к себе и запечатал дерзкие губы долгим властным поцелуем.

Горячие руки Демиана – одна на ее талии, а другая на затылке – были единственным, что удержало Зоуи от падения в фонтан от удивления.