Аргумент барона Бронина 2

Абсолютно омерзительную и отталкивающую.

Вот он удивился, особенно когда узнал, что обратно ему вернуться не удастся. Хотя, как я слышал, он среди демонов прижился. Даже чувствовал себя неплохо. Кажется, даже добился какого-то чина.

— Лёшенька, ну поговори со мной. И почему ты такой довольный? Здесь же страшно.

Хотелось бы мне сказать, что я оказался дома, но не стал, потому что неправда. С другой стороны, учитывая, что я снова стал чувствовать ментальную магию, какая разница, где жить, если чувствую здесь себя на пике комфорта? Надо ещё попробовать оценить свои силы и понять, на что теперь способен.

Всё же много я сил потерял и на восстановление могут уйти десятки лет.

— Ирэн, милая моя девочка, — по-доброму рассмеялся я. — Мы выжили, мы все выжили. И это прекрасно. Мы убили портальщика и оказались в его логове. Почему бы этому не порадоваться?

Я откровенно лукавил. На самом деле, будь мы простыми учениками, это была бы ужасная новость. Это означало бы, что мы бы остались в мире демонов, и нас бы очень скоро сожрали.

Я оглядел Ирэн с ног до головы.

Её кожа стала золотистой и светилась, будто бликуя на солнечном свете, которого здесь не было, уши заострились, а черты лица истончились. Слишком у неё добрая душа. Она здесь как маяк для всех тех жутких демонов, что населяют этот мир.

Девушка, услышав мой уверенный голос, заулыбалась.

— Да, и правда, мы же победили страшного демона! — расхохоталась она. — Вот ведь, кому расскажешь, никто не поверит. Хотя я уже побеждала демонов, и мне всё равно никто не верит, — тут он оглянулась.

— Ой, только Борька наш что-то совсем не двигается. Кажется, ему хорошо досталось.

Я отправил ментальный импульс, чтобы просканировать Росомахина.

— Всё с ним в порядке, — заверил я её. — Просто в отключке валяется. Но это к лучшему, не будет глупости чудить. А вот волк твой, похоже, совсем расклеился, — кивнул я на тревожно дышащего волчару.

— Он сам по себе тревожный, — улыбнулась Ирэн. — Каждый раз, когда какая-то опасность, он вот так себя ведёт.

Это он за меня беспокоится, — будто хвастаясь, произнесла она.

— Он — твой тотем? — спросил я.

— Не совсем. Скорее, это сыночек нашего семейного тотема, который решил присоединиться ко мне и сопровождать в дороге. Хотя, кто знает, может, однажды станет моим тотемом, — улыбнулась она отчего-то грустно.

Прикинув перспективу тащить Росомахина по демонским землям, я хорошенечко влепил ему ментальным импульсом, чтобы тот пришёл в себя.