История бастарда. Реквием по империи

 

Переглянулись гости. 

— Решайте, вожди, — сказал Уран-гхор. — Неволить никого не стану. Не нужны мне ни рабы, ни враги внутри моего народа, нужны верные воины и товарищи. Решайте. А только поодиночке люди нас всех передавят и в полон заберут. Вместе же мы — огромная силища. 

— Что же, если пойдем мы под твою руку, и из наших юношей шаманов сделаешь? — спросил Вели-гхор.

— Роб отыщет в каждом племени орков с даром и сделает их шаманами.

— А пока они учатся — пошлю в племена своих шаманов, — подтвердил старик.

— Чтобы от опасности защищали, охотничьи угодья заговаривали, орков лечили да вулкорков сильных выращивали.

— А молодежь нашу будешь обучать, как своих воинов?

— Я не буду. Вы сами будете, я только покажу как. 

— Думать надо, — сказали вожди. 

— Думайте. А кто надумает — пусть приходит ко мне, принимает мои законы и живет по ним. Селение мое всегда открыто для друзей, а в каранге тепло и еда найдется. 

— Прост ты, вождь, — ухмыльнулся Оран-гхор.

— Слишком многое ты нам показал, все секреты выдал. А если кто не как друг придет, а как враг? 

— У нас найдется и чем врага встретить, — отвечал Уран-гхор. — А селения моего клана защищены от подлых жих. Нелегко будет сюда проникнуть. 

Ударил в бубен старый шаман, и возникли из утреннего тумана белые тени, подступили к гостям, прикасались холодными бесплотными руками, шептали в уши невнятные речи. Ужас сковал сердца воинов, слышавших голос самой смерти.

 

— Духи предков нас о враге предупреждают, — сказал Роб. — А врага они с ума сведут, запутают, жизнь высосут. 

Содрогнулся Оран-гхор: 

— Хватит, хватит, шаман! Понял я, куда клонишь… 

Взмахнул рукой Роб — ушли духи, словно и не было их. Только воспоминание о них жило в душах, бередило тоскливым страшным сном. 

Разъехались вожди в разные концы степи. Уран-гхор провожал их задумчивым взглядом. 

— Скажи, отец, правильно ли я поступил, что не убил Оран-гхора сразу? Чувствую — злоба его не уймется.

 

— Ты правильно поступил, мой сын. Негоже праздник убийством портить, нельзя кровь в Орочьем гнезде проливать. Да и законы гостеприимства нарушать духи не велят. Не думай об Оран-гхоре.

— Но не предатель ли он? Не продает ли орков людям в Богатые земли? Не доносит ли им о том, что в степи делается?

— Он не жиха, он хх’раис. Разум его разрушается от дурманных грибов.